Я расскажу Вам о случае который случился со мной совсем недавно, кардинально изменив всю мою последующую жизнь. Мне было 15 лет. Я со своими друзьями хотел идти в бассейн. Но для этого нужно было оформить несколько справок… соскоб на яйца глистов, анализ кала, вердикт дерматолога и тому подобные не особо приятные процедуры… Но поскольку желание пойти в бассейн было довольно сильным, я решил, что оно того стоит.
Я пришел в ближайшую детскую поликлинику. Первым (и как получилось последним) моим анализом должен был стать соскоб. Для почитателей, которые не знают что это такое, скажу что соскоб, это мазок с ануса. Итак, я пошел к назначенному мне кабинету. В очереди передо мной была только какая-то девочка. Она зашла, и я понял, что сейчас придется идти мне. Девчонка благополучно вышла, и, постучав, я зашел в кабинет.
За столом, боком, повернутым ко мне, сидела женщина, лет тридцати на мой взгляд. Как и положено врачу она была одета в белый халат, накинутый поверх красивой белой блузки и белых же облегающих штанов. Как по мне, так она была очень красива, но толи после родов толи по какой-то другой неведомой мне причине ее задница была довольно широкой. Но ее грудь была довольно большой (где-то 4 размер) и при этом не обвислой как у многих женщин ее возраста. Все эти заключения, были сделаны мной в одно мгновение, пока я входил в манипуляционный кабинет.
Я подошел к докторше и дал ей направление. Она, не смотрела на меня до этого мгновения, что-то усердно записывая в журнал. Теперь, взглянув на бумажку, которую я подал ей, она посмотрела на меня, очень внимательно, как будто оценивая. Я конечно не писаный красавец, но я высокий, относительно накачанный, с довольно широкими плечами, короче я никогда особо не стеснялся своей внешности…
— Вы принесли яйцо? — спросила она.
— Да, — ответил я.
Меня предупредили, что для этого анализа нужно принести яйцо, которое должны использовать как среду размножения бактерий.
— Хорошо, раздевайтесь, — приказным тоном сказала она вставая. Она обошла стол и стоя набрала номер на дисковом телефоне.
— Вика, привет, это я, неси сферы, для опытов.
Я расстегнул пуговицу на джинсах и стянул их вниз, не решаясь продолжать.
— Раздевайся быстрей, — повторила она, — снимай их вовсе, и обувь сними! Мне некогда ждать!
Я повиновался, теперь я стоял перед ней в футболке, плавках и носках. В дверь постучали, и я сообразил, что ее никто не запер. В кабинет вошли две молодые девушки, лет по двадцать, тоже мед. работницы, также довольно привлекательные, на мой взгляд. Одна из них поставила на стол целый пакет яиц. Вторая заперла дверь на ключ.
— Катерина Ивановна, можем приступать.
Катерина Ивановна — это самая старшая женщина, которую я увидел первой, подошла ко мне, наклонилась и резким движением стянула мои трусы вниз. Вика и вторая девушка, беззастенчиво улыбаясь, смотрели на мой член. Я немного перепугался — к этому я не был готов. Мое сердце колотилось с бешеной скоростью, а член сжался как какой-то стручок.
— Наклонись и раздвинь ягодицы, — сказала Катерина Ивановна.
Я повиновался. Она довольно грубо без любых кремов, просто в резиновых перчатках засунула мне в жопу палец. Сначала один, потом второй, потом еще два пальца левой руки, и с силой растянула мой анус. Мой член взбудоражился и налился кровью, и стал таким большим, что я густо покраснел. Удовлетворенная Катерина Ивановна оставила мою задницу на время в покое, и взяла какую-то палочку, которой царапнула мое очко. Затем
она взяла что-то со стола и запихнула мне в зад, так глубоко, как только это может быть возможным. Я не видел, что это, но понял что наверно какая-то стеклянная колба. Своим разумом я понимал — процедура давно вышла за рамки того, что должно было происходить, но я был до того возбужден, что не знал что делать. А в это время Вика, это я так решил называть ту девушку, что принесла яйца, взяла одно из яиц, облизала, и, вытянув колбу, мягко засунула мне его в мою измученную жопу. При этом я испытал резкую боль во всей заднице. После этого Вика запихнула колбу обратно, заталкивая яйцо поглубже в зад. Другая мед сестра тоже решила не оставаться в стороне. И, подойдя ко мне сзади, встала на колени и, как будто стесняясь, кротко лизнула мой анус, проведя языком по колбе, что из него торчала. Несмотря ни на что, я попытался выпрямиться, но властные руки подошедшей Катерины Ивановны схватили меня сзади за шею и пригнули еще ниже. Я попытался сопротивляться, и тогда уже все три мед сестры начали меня держать, и заламывать руки.
— Не сопротивляйся, тебе понравится, всем понравится, — сказала красавица, имени которой, я не знал.
Она стала передо мной, взялась за края облегающей юбки и потянула ее вверх, обнажая маленькие белые трусики танга. Затем она сняла их, предоставив моему взгляду маленькую полосочку волос на лобке. Безымянная, подошла ко мне вплотную и прижала свой лобок к моему рту.
— Целуй, — распорядилась она.
Я не заставил себя ждать, и страстно целуя ее лобок, опускался все ниже к промежности. Кто-то нажал мне ногой сзади в районе коленной чашечки, и я упал на колени. Меня уже никто не держал. Из моей задницы вытянули колбу и снова запихнули туда яйцо, потом еще одно, и еще. Каждый раз, я слышал, как они со стуком ударяются одно в другое. Я чувствовал, как их немилосердно заталкивают все дальше и дальше. Я впивался языком, в такую маленькую дырочку, между ног у Девушки Без Имени. Она, нежно постанывая, прижала мою голову руками себе к промежности и обхватила ее руками. В мою задницу затолкали больше десятка куриных яиц, и теперь взялись за мой член. Катерина Ивановна только теперь взяла вазелин, но намазала им не очко а мой член. Потом взяла в руки колбу и вымазав ее из нутрии вазелином, начала натягивать на мой член он разбух и в эту колбу помещаться никак не хотел. Но опытная мед сестра сдавила член в кулаке, и методично начала его запихивать в колбу по самое основание. Когда она закончила, то сама стянула с себя штаны и стала передо мною *раком*.
— Теперь ты трахни меня, — на этот раз мягко сказала она.
Я засунул свой член в ее широкое влагалище и начал двигаться очень быстро. Колба, что обтягивала мой фаллос, не давала мне кончить, и поэтому я мог долго удовлетворять мед работницу. Когда она застонала и просто легла на пол я попробовал стянуть опостылевшую мне стекляшку с пениса, но у меня ничего не получилось. Тогда я таким же образом трахнул Вику которая с радостью подставила мне и свое очко и пизду одновременно. Потом они все вместе усадили меня на корточки над странным горшком, у которого по бокам были вырезаны отверстия. Я сел и начал возвращать уже горячие яйца обратно. Их владелицы просовывали руки прямо под мою жопу, через отверстия в горшке и ловили яйца едва те появлялись из моей задницы. Они были испачканы гавном и какой-то слизью. Облизывая их они начали запихивать эти яйца себе в манду. Тогда совместными усилиями они сняли колбу с моего фаллоса. Он был весь красный, уже не от переполнявшей его крови а от полученных повреждений в связи со снятием колбы. После этого девчонки усадили меня на кушетку, и сами сели передо мной, нежно ротиком лаская мой член.
Я кончил, и они приказали мне одеваться. Я уже было собрался выходить, но тут Катерина Ивановна подошла ко мне снова расстегнула пуговицу на моих джинсах, и быстро запихнула мне в зад колбу, но на этот раз маленькую.
— На память, — сказала она. И открыла дверь.
Я вышел, не прощаясь, и посмотрел на сидящую перед кабинетом девушку. От этого мой член вздулся, а я подумал о том как буду забирать результаты анализа…

Эта история произошла в те далёкие годы, когда водка ещё была по четыре двенадцать, плюс развитой социализм, плюс ливерная колбаса. В общем, в период застоя.
Я, после службы в армии, пошёл работать на завод, в КБ, то есть, в конструкторское бюро, сначала техником, а затем инженером конструктором.
Я был молод, полон сил и желания. И, именно по этим причинам, не пропускал ни одной юбки.
Однажды, наше КБ, вместе с работниками прикреплённого к нам цеха, поехали на экскурсию в Москву, на три дня. Ехали всю ночь, а под утро уже были в столице, у гостиницы Колос . Я, к великой радости, получил одноместный номер.
Целый день мы катались по Москве на автобусе, слушая рассказы нашего гида. А вечером, своей компанией, пошли в ресторан.
Ленка с мужем, Толик, Николаич и я.
Но там, на входе, стоял какой- то дед в форме и с бородой, и не впускал нас.
— Местов нет! — крикнул он, разведя руки в стороны и загораживая собой двери.
— Тихо, отец, не шуми! — с улыбкой сказал ему Толик. А затем, обняв деда, стал что -то шептать ему на ухо.
Нету же, я говорю! — уже не так уверенно бормотал дед. Но тут Толик что то сунул ему в нагрудный карман, и лицо деда засветилось беззубой улыбкой.
— Так, я что? Я- же, завсегда пожалуйста! — и он, отойдя чуть в сторону, в полу поклоне пропустил нас.
Ресторан был небольшой, но довольно уютный. С десяток столиков, расставленных полукругом вдоль сцены, на которой под громкую музыку ансамбля, так -же громко что то толи пела, толи кричала уже не молодая солистка. Её дряблое тело колыхалось десятком складок, под облегающей блузкой. А холодце образные ляжки метались совершенно не в такт музыке, да и её, солистки, движениям.
Мы полностью положились на Толика, который успел уже сделать заказ на всех, попросив четыре бутылки водки, и закуски к ним. Водка пошла паровозиком, очень даже хорошо. Что , как это паровозиком? Так очень даже просто! Это, когда первая, а за ней вторая и третья рюмки, идут прицепом.
Только после этого я, да и все наши, немного расслабились. Николаич, как всегда, стал плакаться на жизнь и тяжёлую долю, но я его не слушал, потому что с интересом стал рассматривать людей, сидящих за другими столиками. Народу было не много. Сдвинув два столика, сидели цыгане, оживлённо о чём-то разговаривая на своём языке. Рядом с ними какая то не молодая пара, а ближе к нам, два старика узбека в тюбетейках, вместе с двумя совсем молодыми девицами, которые были уже изрядно навеселе. Вдруг, одна девица встала и, перегнувшись через весь стол, стала что-то говорить одному из стариков. Причём стояла она так, что и без того коротенькая юбочка её совсем задралась, оголив довольно аппетитную попку. Я заворожено смотрел на девушку, не в силах оторвать взгляда. Вдруг я почувствовал, что кто- то колит мне в правую руку вилкой. Посмотрев туда, я понял, в чём дело. Николаич, открыв рот и выкатив глаза, ошарашено смотрел на девицу, одновременно с этим пытаясь наколоть вилкой кусок огурчика с тарелки. Но тыкая вилкой мне в руку.
— Ты чё, Николаич, больно- же! — сказал я, убирая руку. Но Николаич , лишь издал какой -то гортанный звук, глазами показывая мне на девицу. Я посмотрел, и понял, почему он лишился дара речи. Девица, встав на четвереньки, залезла под стол и, по движениям её головы мы поняли, что она делает старику минет. Вот это да! Такого я и представить себе не мог. Мой член, мгновенно среагировав, стал рваться на волю. Мне стало не удобно, а вдруг кто -то из наших увидит, что у меня встал?! Но ни кому в эти минуты, до меня не было
ни какого дела, потому что все наши, включая Ленку с мужем, неотрывно следили за тем, что происходило за соседним столиком. Пред инфарктную ситуацию разрядил Толик.
— Всё, хватит визуальным ананизмом заниматься! — сказал он, разливая по полной. — Я пошёл клеить баб!
— Толян: — обратился я, но Толик , поняв что я хочу сказать, перебил:
— Молчи грусть, молчи! Я всё понял, сниму двух тёлок, если, конечно, повезёт!
— А — э — о — у!!! — приподнимаясь со своего места, попытался что -то сказать Николаич. Но, видимо от возбуждения, у него встал не только член, но и язык, который вместо слов произносил только странные звуки.
Пока Толик ходил, мы ещё выпили, и с нетерпением ждали его возвращения.
Где то через пол часа Толик вернулся, и не один, а с тремя девицами. На вид они были симпатичные и пахли какими -то хорошими духами, а не Красной Москвой , как Ленка. Толик посадил возле себя ту, что была чуть ниже подруг, но с очень большим бюстом. Ленка с мужем ушли, и рядом со мной сели Вика и Надя, как они представились. Николаич, ёрзая на стуле, пытался шутить, стараясь обратить на себя внимание девушек, но они не проявляли к старику ни какого интереса. Где -то через час, все уже были, как говорится, в состоянии нужной кондиции, и Толик предложил закончить трапезу в номерах. Девушки сразу согласились, ну а мы тем более.
Вика сначала пошла в туалет, а я курил, глядя на ночную Москву. Вдруг я услышал сзади шорох и обернулся. У кровати стояла Вика, в одних только трусиках! Её не большая грудь, без поддержки лифчика, висела двумя мало привлекательными блинчиками. Хотя, если честно, я был на столько подогрет водкой и желанием, что даже совершенно не обратил внимания на этот нюанс.
— Иди ко мне! — позвала Вика, ложась на кровать. Я, быстро раздеваясь, бросал одежду прямо на пол. Нас с Викой разделяли каких -то два метра, но даже на расстоянии, я ощущал, улавливал аромат, исходивший от её тела. Аромат желания, сочащийся из вагины девушки.
Прикоснувшись губами к влажным трусикам девушки, я провёл по ним языком, ощутив вкус её сока… Вика дрогнула всем телом и, положив руки мне на голову, раздвинула ноги. А я стал неистово водить языком по трусикам. То нежно лаская, то резко вонзая его во влажную ткань, словно стараясь пробиться сквозь эту тонкую преграду к её таинственной пещере. Рыча, как зверь, я стал рвать трусики зубами, а Вика, толи помогая мне, толи просто в экстазе, правой рукой старалась стащить их с себя, а левой неистово тёрла свой клитор, вибрируя всем телом.
— Всё, я больше не могу! Дай мне его, пожалуйста!!! — вдруг закричала Вика, и оттолкнула меня. От неожиданности я свалился на пол. А она, словно пантера, прыгнула на меня. И уже я лежал, а её лицо было у моих облегающих трусиков, из которых призывно выпирал , мой возбуждённый член. Вика, повторяя мои действия, стала водить языком по нему, облизывая тонкую ткань. Я приподнялся на локтях, но от волны наслаждения, накрывшей меня, застонал, и закрыл глаза. Вика, уже сосала мой член через трусы. Я почувствовал, что сейчас кончу, и тихо сказал: Сейчас! Вика тут же, быстро стянула с меня трусы и вставила член себе в рот. Сосала она умело, помогая себе правой рукой, водя ею по стволу члена, а левой играя с мошонкой.
Кончал я бурно, излив сперму в ротик девушки, которая испила этот сок жизни до последней капли, выдавив её из члена. После этого Вика встала и , накинув на себя простыню , подошла к окну. В лунном свете простынь казалась полу прозрачной, и через её ткань просвечивалось тело девушки. Её талия и округлость ягодиц, а, скорее всего, именно эта таинственная полу прозрачность, возбудили меня, наполняя мой член желанием. Встав, я подошёл к ней и, обняв за плечи, прижался горячим членом к её промежности. Вика чуть наклонилась, упёршись руками в подоконник и, повернув голову, посмотрела на меня. В её взгляде было столько желания, что я не стал больше медлить. Откинув простыню ей на спину, я направил свой член туда, куда он и без меня хорошо знал дорогу. Влажное и плотное влагалище поглотило его полностью, а я начал привычную работу, гоняя его туда, сюда. Через несколько минут Вика задрожала всем тело, но тут -же напряглась, и через несколько секунд расслабленно Сползла к батарее.
— Ты кончил? — тихо спросила девушка.
— Нет, а что?
— Я устала! А, может, я лучше ещё у тебя пососу?
— Потом, потом пососёшь. А сейчас давай отдохнём?! — ответил я, садясь с ней рядом. А что, если попробовать трахнуть её в зад? — подумал я, и сказал:
— Слушай, а у тебя крем, какой ни будь есть?
— Да, есть, в сумочке вазелин, а что?!
— Да, так. Просто я чуть натёр, вот и хочу помазать.
— Так, возьми на здоровье! — ответила девушка, а я, встав, подошёл к столику, где лежала её сумочка. Засунув руку вовнутрь, я, нащупал какой -то пузырёк. Достав его, я открыл пробку и поднёс флакон к лицу. Духи имели немного сладковатый запах. И тут произошло непоправимое , я выронил флакон! Сказать ,что комнату наполнил аромат духов, значит не сказать ничего. Потому, что это уже не был аромат. Это заполнило комнату своим приторно-сладким запахом, который был повсюду! Но, к моему великому удивлению, Вика ни как не прореагировала на происходящее, словно ничего и не произошло. Толи от сильного опьянения, толи ещё от чего. Чтобы не испытывать судьбу, я быстро сунул флакон обратно в сумочку, и достал оттуда небольшую круглую баночку с вазелином. Обильно смазав, содержимым баночки, головку члена, я подошёл к Вике.
— Иди ко мне! — тихо позвал её я. Девушка встала, обняв меня за шею, и мы слились в поцелуе.
Её рука, снова легла на мой член, стараясь направить его себе во влагалище, но я, мягко отстранил её , шепнув на ушко: Нет, не так! Вика посмотрела на меня не понимающими глазами, а я, взяв её за плечи, развернул спиной к себе, и согнул к кровати. Девушка вскрикнула, но не отстранилась, а наоборот, подалась попой ко мне, словно желая ещё больше насесть на мой член, который и так уже полностью вошёл в её горячий анус.
Скажу честно, я впервые пробовал заниматься анальным сексом, хотя столько про него уже слышал, и был подкован теоретически довольно не слабо. Но что действительно удивило меня, так это то, что с каждым движением моего члена Там , ему, моему члену, становилось всё горячее и горячее. Как будто мой член двигался не в анусе девушки, а в топке паровоза, раскаляясь до красна. Вдруг Вика сама, отстранившись, соскочила с моего члена, и стала интенсивно тереть свой анус.
— Что -то не так? — спросил я.
— Да, всё не так! — недовольно ответила девушка поморщившись. — Ты зачем в жопу -то вставил, других дырок мало, что -ли?!
А теперь вон, вся жопа горит, как будто в неё не хуй, а факел вставили!
— Ты чего разоралась? Думаешь, только у тебя одной горит? У меня, например, уже пол часа, как горит, но я же не ору!
— Постой, и у тебя тоже горит?!
— А то!
— А ну, включи быстро свет! — уже командным голосом приказала девушка. Я включил. Она, подойдя к столу, высыпала содержимое сумочки на него. Среди прочей женской ерунды я увидел и две кругленькие баночки, одна действительно с вазелином, а другая с вьетнамским бальзамом!
— Ах, ёб же твою мать! — закричала девушка, и бросилась в душ. Я за ней.
В общем, так мы и простояли до утра. Она с душиком, вливающим холодную воду прямо в анус, а я , держа свой член в раковине с циркулирующей холодной водой.
А вы говорите: Анальный секс!

Я, наверное, как и все мужики, всегда мечтал об анальном сексе. Сейчас, конечно, совершенно другое поколение, но мой первый раз вообще с женщиной был с женой — моей красавицей, с хорошенькой фигуркой, прекрасными, как половинки персика, грудями, красивой попкой, крутыми бедрами и полными руками.
После свадьбы, где-то дней через 5-6, отец сказал мне: сынок, так ведь нельзя, ты бежишь к ней сразу после обеда, не сидишь с нами после ужина — опять к ней . Действительно, после свадьбы я после обеда уводил жену в свою комнату (а мы первое время жили с нашими родителями) и целовал ее, обнимал, после чего все шло к самому радостному тогда для меня занятию — я входил в нее и мы становились одним целым. Вечером после ужина все повторялось с единственной разницей — мы делали это всю ночь, спя урывками между основным занятием .
Как и все молодые люди в то время, я искал различную литературу по технике секса, и ночью мы с женой старались повторить все то, что накануне я вычитывал в очередной книжонке. К этому времени мы жили уже в отдельной двухкомнатной квартире, где буквально вся полезная площадь квартиры использовалась мною для любовных утех. И жена отдавалась мне с той же радостью, что и я. Я не верю всяким рассказам о том, что девушка, потеряв действенность, тут же получает оргазм. Все это ложь. Моя жена впервые кончила , как мы выражались с ребятами в то время, лишь на шестой день. Я почувствовал, как ее тело вдруг все затрепетало, и она начала сжимать бедра вокруг меня, а внутри у нее все сжалось и мой член с трудом ходил туда-сюда, что вызывало во мне еще большее желание. После этого она лежала минут десять с открытыми глазами и сказала мне как мне хорошо .
С тех пор она кончает за один мой раз по два-три раза, и я считаю себя самым счастливым человеком в мире, которому бог послал такую жену.
Конечно, потом со временем я изменял своей жене, и еще два раза мне приходилось иметь дело с девственницами. Но и потом они входили во вкус лишь после нескольких раз, кончая оргазмом.
Теперь о главном. В одном из журналов я прочитал в то время, что в Испании практически все женщины дают мужчинам в попку. Я прочитал своей жене эту заметку, но услышал лишь гневное фу! . Мысль об этом не оставляла меня и я всегда представлял, как вхожу жене в попку, и как мы занимаемся этим делом в постели.
Вскоре жена забеременела, и мы все равно занимались сексом, стараясь выполнять те указания, которые я также прочитал в одном из журналов о сексе с беременными, вплоть до последней недели, так мы хотели и любили друг друга.
Когда жена родила, я
после возвращения ее из роддома, стал приставать на третью или четвертую ночь к ней — тут такой перерыв, все напряжено, аж мышцы сводит — так хочется мою красавицу. Ну и после очередного отказа я попросил: а можно в попку? Вы что, с ума сошли? — сказала она сначала. Но потом, видя, как я мучаюсь, сама легла, повернувшись ко мне задом и подставила свою попку. Я стал протискиваться пониже, но когда я туда попал, то никакая смазка не помогла моему члену войти внутрь. Это только в рассказах женщин на порносайтах они сразу впускают в свой задний проход 20-сантиметровые гиганты, извиваясь от удовольствия и кончая сразу и безоговорочно. Я так и не смог сделать это, так жена зажала от страха перед болью попку, и кончил, двигая членом между ягодиц. Мы еще несколько раз пробовали делать это, но даже когда я и сумел пройти внутрь, она стала причитать больно и я вышел из нее. Вскоре у нее все зажило после родов и мы вновь стали заниматься сексом, наверстывая, как выражалась жена, упущенное во время родов.
Спустя несколько лет мы посмотрели порнофильм Марко Поло , где главный герой после вагинального секса обязательно кончал в попку, и после занялись сексом. Вдруг жена сказала мне а давайте в попку! Я сначала подумал, что ослышался, но потом понял и стал медленно вводить член в анальное отверстие. Действительно, надо смазать хорошо член, тогда легче войти в попку. И жена при этом должна хотеть сама, а то вы никогда не пройдете туда, если только вы не зверь какой-нибудь. Было очень узко, и я потихоньку надавливал на задний проход жены, помогая своей головке руками, надавливая на ее. В друг я почувствовал, как головка как провалилась куда-то и ее основание плотно окружило анальное отверстие жены. Жена, ойкнув, тут же попросила меня остановиться, и стояла так несколько минут, наверное, привыкая к своим новым ощущениям. Потом я потихоньку стал вводить дальше и по первому звуку жены останавливался. Когда она сказала Хватит , я, немного подвигав телом туда-сюда, кончил ей прямо в попу.
На следующий день мы продолжили наши занятия, после вагинального секса, естественно. Я уже вошел поглубже и начал двигать в попке туда -сюда. Были такие странные ощущения — само отверстие обхватывает твой член, но когда он проходит внутрь — там перемещается свободно. На третий день, я уже привстал над женой и начал сильные движения, и она тоже стала кончать, громко стоная. Это было так прекрасно, хотя и наверное, с любимым человеком все прекрасно: и анал, и оральный секс, и самый простой — миссионерский!
Жаль, что после очередной ее беременности у нее выпала при родах кишка, что оказывается часто бывает при родах у женщин, и сейчас она не может этим заниматься, а я люблю ее и не могу насиловать. Мне и так хорошо!

Привет! Меня зовут Юля. Хочу рассказать вам свою историю Мне 19 лет я студентка, стройная и высокая брюнетка с пышной грудью и очень аппетитной попкой, которая сводит сума не только мужчин но и меня саму. С недавних пор меня стали очень возбуждать мысли об анальном сексе, я представляла как огромный член растягивает мою зажатую дырочку в попе и потом трахает ее в бешеном ритме. К сожалению, в моей жизни не было никого с кем я могла бы воплотить свои тайные желания в жизнь, но к счастью я очень люблю экспериментировать. В общем, я неоднократно пробовала засовывать в свою попку пальчик, когда была в ванне и мастурбировала, но особенно не заостряла внимание на этом вопросе, а теперь было совсем по другому, будто кто-то подменил мою попку, как только я дотрагивалась пальчиками до сморщенной дырочки моя киска начинала течь как у последней суки и поэтому я твердо решила трахнуть себя в эту маленькую, но очень желанную дырочку. Для своей цели я пошла в секс шоп и приобрела все необходимое, пару вибраторов разного размера и формы, анальную смазку, пробку для попки и DVD фильмом, который судя по названию обещал возбудить до предела. Прейдя домой я включила фильм и раздевшись приступила, встала раком перед зеркалом так чтобы все видеть. Оперевшись одной рукой о кресло другой я немного погладила себя по упругим ягодицам и выдавив на пальчик из тюбика смазку, стала вводить его в свое заднее отверстие. Палец вошел на удивление легко, все-таки смазка есть смазка, в это время по телевизору тетка с пристегнутым концом вовсю перла подружку в задницу, это прибавило мне энтузиазма и вытащив пальчик из попы я взялась за тот вибратор, что был поменьше. Он был гладкий, тонкой и длинной формы. Поднеся его к попке, я немного насладилась, поводив им вокруг ануса и начала всовывать. Просто так он входить не хотел, попка упорно сопротивлялась, тогда я надавила сильнее и поддавшись усилию дырочка приоткрылась, головка раздвинула края ануса и прошла во внутрь. Немного привыкнув к новым ощущениям я продолжила движение в глубь, засунув его примерно на десять сантиметров я остановилась и стала ласкать клитор. Это не передаваемые ощущения мастурбировать наблюдая себя стоя раком на полу перед зеркалом с высоко задранной задницей и торчащим из нее силиконовым членом. Но мое удовольствие длилось недолго, от игр с попой, мне жутко захотелось в туалет и ничего не оставалось делать как вытащить соблазнительную палочку из попки. Сходя в туалет, я поняла, что сегодня я уже не получу максимума, да и времени нет начинать все с начала, придется отложить на завтра.
С утра нужно было бежать в институт, а ждать целый день не хотелось, встав пораньше я решила начать с клизмы, чтоб не повторилась вчерашняя история, зайдя в ванную комнату я достала резиновую грелку с торчащим из нее шлангом и небольшим белым наконечником. Наполнила грелку теплой водой и подвесила ее на крючок. Достав с полочки крем я густо смазала наконечник и заняв положение в ванне стала с удовольствием вводить его в себя. Вставив наконечник и поглаживая свои соски уже ставшие совсем твердыми, я открыла краник на шланге, теплая жидкость стала растекаться по моим внутриностям. Клизму вообще то я не очень люблю но для достижения желанного все средства хороши. Вода прекратила течь и я закрыла краник, а вот вытаскивать наконечник не стала, вместо этого я стала гладить свою щелочу и задержавшись на пуговке клитора немного потеребила его.
Вода в желудке в скоре дала о себе знать и я была вынуждена встать из ванны и присесть на унитаз, из меня тут же бурным потоком вышло все лишнее , что было во мне. После процедуры, я залезла под теплый душ и стала думать что проделать дальше. Не став ограничиваться клизмой я решила, что сегодня в институт пойду с вставленной в попку пробкой. Быстренько сбегав в комнату и взяв там крем и пробку, я вернулась в ванную. Пробка была веселого голубенького цвета примерно 15 см в длину и
3 с половиной в ширину в самой толстой части. Выдавив на верхушку конуса большое количество крема я пошире расставила ноги, немного согнула их в коленях, нагнулась вперед и поднесла пробку к заветной дырочке в попе. Пробочка была большевата для моего задика и когда я стала нажимать на нее то сначала кожа вокруг дырочки стала прогибаться и лишь потом моя попочка стала приоткрываться понемногу впуская в себя инородный предмет. Первая половина, которая шла к расширению, входила очень туго и было немного больновато, поэтому мне приходилось останавливаться и массировать клитор чтобы расслабиться, но как только пролезла самая широкая часть вторая половина, сужавшееся к концу, заскочила как по маслу оставив снаружи лишь небольшую плоскую часть не дававшую уйти пробке во внутрь. От напряжения в попе и охватившего возбуждения у меня даже подкосились ноги. Умывшись холодной водой, неторопливо я побрела в комнату, передвигаясь не своей походкой, непривычно было ощущать, что-то в себе, что не давало сомкнуться анусу и сладко тершее влагалище через тонкую перегородку. Пока я собиралась в институт, то полностью привыкла к своей затычке и лишь волны возбуждения разливаясь по телу заставляли мой анус сжиматься и тем самым почувствовать конус заткнувший мой похотливый зад. Доехав до института, я уже почувствовала, как смазка из киски промочила мои трусики насквозь, особенно меня возбуждал мысль о том что под юбкой из узенькой дырочки попки торчит основание пробки, а об этом никто даже не мог подумать. Еле выдержав одну лекцию, я устремилась обратно домой. Прейдя, я скинула с себя все одежды оставив только чулки, плотно затянувшие в капрон мои стройные ножки.
В попке свербело, а норка сгорала от желания, поэтому, не теряя время я включила вчерашний фильм, достала свои новые игрушки и легла на диван. Подложив под поясницу подушку, развела ноги в стороны и прижала к груди, прикасаясь коленями к соскам. За утро я так свыклась с ощущением пробки внутри себя, что мне не хотелось с ней расставаться, но меня ждали еще более интересные и неизведанные ощущения поэтому взявшись за торчавший из попки хвостик конуса я потянула его наружу. Пробка сначала натянула края ануса, а потом резко выскочила наружу. Взяв на палец крема я стала хорошо смазывать попку изнутри, и так как сфинктер был немного растянут пробкой то пальчик входил свободно. Взявшись за небольшой фаллос, который уже был знаком с моей попкой, приставила к своему черному ходу и стала его погружать во внутрь. Он вошел практически не встретив сопротивления и я стала проталкивать его вглубь. Это заставило мою норку выть от желания, тогда я практически до конца засунув вибратор в зад взялась за второй, более большой, выполненный в виде здорового мужского члена и одним движением запихала до упора в свою мокрую норку, включила на маленькую скорость и чувства переполнили меня, я стала в бешеном ритме загонять то в зад, то в щель этих жеребцов, но мне хотелось большего и я сменила их местами, теперь толстенный член который еле вмещала моя норка торчал из задницы плотно обтянутый кольцом раздолбанного ануса, а его младший брат на всю ходил в моей совсем обалдевшей киски. Немного привыкнув к размеру члена в жопе я включила вибрацию на максимум и стала работать им в заднице как отбойным молотком. Практически вынимая его, так что анус успевал чуть-чуть сжаться, а потом загоняя его до самого основания в виде здоровых яиц. Я кончала раз за разом, но не могла остановиться пока не впала в полный экстаз…
Немного придя в себя я поняла, что это чудо техники все еще глубоко сидит в моей жопе и до сих пор вибрирует, заставляя содрогаться все мое тело. Взявшись за основание я потихоньку вытащила его наружу, края моей попки не сходились, внутри все пульсировало и горело. Но мне все равно было хорошо, чувства переполняли меня, я все-таки это сделала, я оттрахала себя в зад.
После того дня прошло много времени, а моя любовь к анальному сексу становиться все сильнее день ото дня, особенно после того как я попробовала трахнуться в попу со своим новым приятелем, от живого члена в заднице чуть не потеряла сознание. Теперь моя попка готова к любым приключениям, которые я постоянно для нее нахожу.
LovKos@yandex.ru

Однажды вечером мне позвонил мой приятель Слава. Просто сказал, что хочет меня увидеть. Мы со Славкой были не вот уж какими друзьями. Так, перепихивались разок. И не виделись уже давно. Так что его звонок стал для меня неожиданностью, и я долго врубалась, кто это вообще мне звонит. Мы забили стрелку через 15 минут около моего дома. Славику было 33 года. Он был женат второй раз, причем его жене было, как и мне 19 лет. Спал он с ней каждый день, и я не понимала, что заставляет его находить всё новых любовниц и периодически снимать себе проституток. Он просто был неисправимым блядуном. Я видела много кобелей на своём веку, но таких как Славик надо ещё поискать.
После официальных приветствий типа как дела и как давно не виделись мы поехали в укромное местечко недалеко от дома. Славик расселся на сиденье, меня посадил сверху. По его горящим глазам я поняла, что он очень хочет секса. Он притянул меня к себе и поцеловал. Хоть Славик был грубоватым любовником, целовался он очень нежно и по настоящему классно! Обнимая меня одной рукой, другой он расстегнул свои штаны и вытащил оттуда уже стоящий член.
-Линочка, давай в ротик! — произнёс он таким голосом, что если я это не сделаю, он умрёт.
Я взяла в рот Славкину головку и начала потихоньку двигаться вверх — вниз, постепенно заглатывая член всё глубже.
-Лин, глубже пожалуйста, ещё, ещё! — Славик начал терять контроль над собой. Он положил руки мне на затылок и притянул мою голову к себе. Я чуть не подавилась и резко отстранилась от него, чтобы отдышаться. Потом я снова начала делать ему минет, на этот раз помогая себе рукой. Славик тоже не сидел на месте, он двигался навстречу мне. С криком всё, я кончаю! он выпустил мне в рот горячую струю спермы. Я открыла дверь и выплюнула всё на улицу. Славик довольно рассмеялся.
— Я люблю, когда девчонки во все дырки дают! — сказал Славка.
— Ты ошибся, я в попку не даю!
— А меня по пьяни прёт! — Славик схватил меня за грудь и посадил меня обратно к себе на колени.
— Ах ты блядь! — сказал он мне. Я сначала даже обиделась.
— Ну какая из меня блядь? Ты наверно блядей не видел!
— Как это я не видел. Да я их ебу периодически, минет 200 рублей стоит, она сосать
начинает, а я спрашиваю, мол сколько тебе ещё накинуть, чтобы всадить.
— И охота тебе с проститутками ебстись?
— Я люблю девчонок, которые отдают себя без остатка. Я люблю групповуху, люблю разврат. — Он еще сильнее сжал мою грудь. — Ты маленькая мразь, ты мерзость, сволочь, дрянь!
Меня начало это заводить.
— У тебя ведь приличная семья? — спросил Славик.
— Да, мама до свадьбы девочка, все дела.
— А ты не такая, в тебе борются твоё воспитание и твоя сущность. — С этими словами он резко перевернул меня и поставил на коленки. Он снял мои штаны и начал пристраиваться сзади. Мне стало страшно.
— Слав, может не надо?
— Молчи, сволочь! Я отымею тебя куда захочу! Мерзкая тварь!
— Слав, остановись!
— Ты блядь! Тебя можно ебать куда угодно! Молчи и не выёбывайся! Сука!
Как меня это заводило! Мне было нисколько не обидно, меня только подстёгивало. Славка вошёл мне в попку. Я почувствовала резкую боль и попыталась вырваться, но он крепко держал меня.
— Ай, больно же!
— Молчи, дрянь!
Он начал продвигаться глубже. Мне было очень больно, у Славки был большой член. Но когда Славка называл меня очередным обидным словом, я забывалась и кричала ему:
— Слав, не надо! Нет, продолжай, продолжай!
И он продолжал. Постепенно к боли начало добавляться наслаждение.
— Мне хорошо, Слав, давай, давай ещё!
— Заткнись, мразь! Ах ты, мерзкая сволочь! — Славку было не остановить.
Кончили мы одновременно. Мы легли на сиденье не в силах даже пошевелиться. Славка обнял меня.
— Прелесть моя, ты такая классная, я тебя обожаю!
— Что это с тобой? Пять минут назад ты говорил совершенно другое!
— Ну тебе же понравилось?
— Да мне понравилось, козёл, блядь, ебарь, пидр ебучий!!!!
Мы счастливо засмеялись и договорились о следующей встрече.

ИДУ И ДУМАЮ ЗАЧЕМ МНЕ ЭТОТ ИНСТИТУТ ВЕДЬ ХОРОШО ЗАРАБАТЫВАЮ! НО ЧТО ТО ВО МНЕ ГОВОРИТ НАДО, Аня, надо. прихожу мне назначили допл. занятие в 20:00 я говорю что не могу прийти а сама думаю у меня ведь смена в клубе.тогда юрий петрович(так звали преподавателя)сказал что это не проблема и у него тоже есть дела.я обрадованная выбежала из института.прошла ночь и день.наступила моя смена я пришла в клуб и увидела… юрия петровича.я незаметно проникая к стойке и бармен говорит:
-о,пришла наконец-то а тебя уже ждут.-и показывает на юрия петровича.-он тебя рабыней на ночь заказал.я бармену сказала что я не пойду к этому клиенту.он отвечает:обязана! я переоделась и пошла.подхожу ЮП меня узнал и сказал что я должна его обслужить.я вздохнула и пошла.по пути в номер он начал раздеваться я захожу он сказал мне раздется я выполнила он тоже разделся и я увидела нечто см 28 ЮП засунул хуй в мой рот и приказал сосать.минет я сделала и он привезал меня к баттареи ноги врозь. и он как-то с разбегу влетел в моё влагище,я заорала он сказал не ори сука.ЮП меня перевернул и мой зад был представлел ему как экспонат на выставке.мне было очнеь стыдно но противиться я не могла иначе меня выгонят с работы.он опять врезался в меня своим 28см пенисомя корчилась но молчала.ЮП ещё долго меня дрочил.а вконце сказал что если я к нему не буду приходить каждую ночь к нему он всем всё расскажет и покажет все мои прелести сфотографированные в тайне от меня.мне осталось только согласиться.

продолжение следует…

— Ма, Джейк приехал! — закричал рыжий Люк с балкона, откуда он и увидел приятеля. Вообще-то Люк на балконе занимался вполне нужным и полезным делом — оттирал перила и подоконник от зимнего засилья голубей. Голубей в пироге Люк очень любил, а вот проводить весеннюю уборку за несносными птицами — не очень. Но вечер был просто прелесть — солнышко ласково заливало двор, прогоняя зимнюю прохладу и превращая шкурку Люка из рыжей в практически желтую. С незначительными брызгами грязно-алого. Весна только-только вступала в свои права, и Люк еще не до конца перелинял. Так что работа была вовсе не в тягость. Вот при оттирке очередного участка балкона и заметил Люк сначала неуклюже въехавший во двор автомобиль, а потом — выходящего из него Джейка.
— Вечно ты сыщешь способ улизнуть от работы — незло откликнулась с кухни мама.
— Не, ма, я почти закончил! Ща, вот тут терану, и готово, все чисто — азартно взвизгнул Люк, и действительно за несколько секунд завершил уборку.
Потом рванулся к двери, спеша предупредить звонок.
— Хоть бы причесался, чудо лохматое — бросила ему вслед мама, поглядывая на входную дверь из кухни.
Люк послушно пару раз лизнул плечо, и откинул защелку. На пороге застыл Джейк, уже протянувший лапу к звонку. Люк показал ему длинный розовый язык, и отступил, приглашая. Джейк вошел в квартиру.
— Заходи, заходи — ласково пригласила гостя леди Фосси — вот, Люк, посмотри, Джейк аккуратный, причесанный, а ты? Чучело огородное!
— Ага, ма, я тоже вычешусь. Вечером.
— Я просто еще линять не начал — улыбнулся Джейк.
— Вот уж не надо мне следы путать — улыбнулась в ответ леди Фосси — ты и в период линьки всегда аккуратный, не то что мой. А где папа?
— Они с мамой улетают сегодня в Вашингтон, и не смогут прийти.
— Люка сказал, что ты приехал, вот я и решила, что мистер Гольф заглянет на огонек, раз уж все равно привез тебя.
— Нет, тетя Фиона, я сам приехал.
Люк засунул хвост между ног, и открыл пасть. Леди Фосси оценивающе окинула взглядом волчонка:
— Ты успел получить права?
— Ну, вообще-то, они мне по возрасту не положены — завозил ножкой по полу Джейк — но водить я умею. И потом, права — не главное. Папа мне машину подарил. Насовсем. Значит, он считает меня достаточно взрослым.
Люк тихонько пискнул, засмущался и закрыл пасть. А леди Фосси пригласила всех на кухню:
— Тем более не стоит держать тебя в дверях. Пойдем, я положу тебе что-нибудь горячего. И ты, бездельник, мой лапы, и так и быть, можешь не умываться. Уроки, надеюсь, сделал?
— Ага — откликнулся шустрый Люк уже из ванны — нам на понедельник только английский делать надо, а он, буль-буль-буль фрррр уже сделан. А физику за этот семестр я уже бульфрррр…
Джейк улыбнулся, и тоже отправился мыть лапы, по дороге дернув Люка за хвост. Тот в ответ брызнул на него водой.
За столом Люк вертелся как заводной, допивая и расплескивая молоко. А Джейк, напротив, сидел напряженный, словно чего-то смущаясь. Впрочем, печеная курочка исчезала с тарелки с хорошей скоростью, что указывало на отменный аппетит и хорошее настроение серого гостя.
— Доели? Вижу, что тебе не терпится похвастаться подарком, а тебе — покататься. Брысь отсюда, ироды лохматые, и чтобы до понедельника вами тут и не пахло! А в понедельник утречком я желаю видеть мое чадо тут, живым, здоровым
и причесанным. И что бы не только хвост! Проверю наличие конечностей, ушей, и только тогда отпущу в школу. А ты, Джейк, доставишь его сюда, и будешь получать трепку за этого безобразника. Согласен? — прорычала леди Фосси последний вопрос.
— Ага — только и ответил поставивший ушки торчком Джейк.
— Пасть закрой, курица улетит, даром что съеденная. Все, дуйте!
Ровно через три минуты настороженный Люк чуть не обнюхивал Шкоду нежно-зеленого цвета.
— А почему Шкода?
— Папа сказал, что ее не так жалко, если что. Он ее совсем по дешевке взял.
— А магнитола в ней есть?
— Есть — безмерно счастливый завистью друга ответил Джейк. Кондиционера нет, и автомата — тоже, но это не страшно.
— Какого автомата? — спросил Люк.
— Ну, автоматической коробки передач.
— А! — с понимающим видом важно сказал Люк. И полез на переднее сидение.
Мягкая кожа, удобная спинка, углубление для хвоста. Люк первым делом полез в магнитолу. На передней панели запрыгали огоньки, и бухающий ритм заполнил салон. Джейк поморщился. Но Люк и сам прижал ушки, и убавил звук.
— Ну, куда поедем?
— Не знаю. Можно было бы обмыть это дело, но — тут Люк хитро прищурился — тебе же нельзя? Ты же теперь за рулем?
— Ну почему нельзя — вальяжно ответил Джейк, берясь за рычаг — сейчас возьмем пивка, и рванем обмывать. Не обязательно же в ресторане сидеть? Тебя диван в гостиной устроит?
— Устроит — ответил Люк, высовываясь в окно и махая лапой маме — а почему в гостиной? А, родителей же нету!
Родители, к слову, были дома. Когда приятели ввалились в прихожую с пакетами, мама Гольф как раз заканчивала наводить блеск на клыки, и элегантно помахивая сумочкой и хвостом направилась к друзьям.
— Все, сыночка, мы поехали. Не шали, комнату потом уберешь, никого не води в дом. Люк, мальчик мой, проследи, что бы он не курил и кушал не только колбасу. В вашем возрасте, мальчики, сырое мясо очень полезно. Ну и что, что не вкусно? В морозильнике, Джейк, ты знаешь.
Леди Гольф лизнула сына за ухом, потрепала ухо лисенку, и выплыла на крыльцо. Джейк тут же сунул пакет в угол. Только после этого друзья вышли провожать родителей. Как раз папа Гольф выехал из гаража. Пока мама спускалась, волк-отец тоже не преминул с занудствованиями:
— Сын, превышение скорости грозит проверкой документов. Чем аккуратней ездишь, тем ездишь дольше. Ну, давай!
Он поднял лапу в прощальном жесте, и темно-вишневый форд скрылся, оставив после себя легкое облачко пыли.
— Ну вот — удрученно сказал Джейк — надо было им показать содержимое пакета.
— Почему? — с любопытством спросил Люк.
— Папа считает меня благоразумным. И уж если я выпью пива, то точно никуда не поеду. Вот только когда они будут беспокоиться больше — если узнают, что я пью пиво, или если будут думать, что я гоняю по городу?
— В любом случае — с отвращением сказал Люк.
— Это точно. Ты мясо будешь? Нет? Тогда пошли играть.
В два часа ночи последний герой компьютера был побежден, и оставались только армии Люка и Джейка. Под пиво игра шла не то что бы хорошо, но зато весело. Джейк купил по три банки на рыло, но Люк сдался после второй. Джейк мужественно тянул третью, а Люк догрызал сушеных рыбок. [5] В целом, в игре Джейку везло больше — у него и армии были больше, и герои сильнее. Но ни в одном замке не было телепорта. Так что все решал захват одного замка Люка — дальше был вопрос времени.
— Ну что, будем доигрывать? — спросил Джейк, ероша шерсть на голове Люка.
— Не, все, давай спать — отстранился Люк.
— Ну, давай — пожал плечами Джейк.
Утро было поздним. Ребята спали на диване в гостиной, потому что у Джейка в комнате была всего одна кровать. И рассчитана она была на одного волчонка. Родители Джейка были очень небедными, но держать вторую кровать в комнате у юного сына было бы как минимум странно.
— Сэр, доброе утро. Как спалось?
— Хорошо спалось — пробормотал Люк — просыпалось плохо.
— Нас замучили головные боли? Может быть, во рту срали кошки? А мама тебе ничего не говорила о вреде пьянства?
— Отстань, Джейк! Ты-то сам выпил больше меня!
— А я и не жалуюсь на плохое самочувствие. Так что давай, вставай, и двигай в сторону ванной. С целью лечения больной головы и почистки зубов. Говорят, очень холодный душ помогает.
Люк действительно встал, и ушел в ванную. Роскошное джакузи с радиоприемником скоро известило, что Люк моется — музыку было слышно даже в комнате. Джейк некоторое время прислушивался к плеску воды и музыкальным трелям, приподняв одно ухо, а потом вдруг на мягких лапах рванул к ванной. Осторожно приоткрыл дверь, убедился, что стекло джакузи запотело, просунул лапу, подцепил когтем и снял с крючка полотенце и трусы Люка. Победно задрав хвост, он прикрыл дверь, и отправился ждать результатов. Для надежности он даже включил телевизор. Бездумно щелкая каналами, он смотрел на экран, а правое ухо то и дело поворачивалось в сторону ванны. Наконец, шум воды прекратился. Джейк облизнулся, и растянул пасть в улыбке. Через некоторое время из ванной показалась мокрая мордочка лисенка.
— Джейк, ты не брал полотенце?
Джейк оскалился и продемонстрировал полотенце.
— А…
Джейк поднял и показал трусы.
— Это не честно! Отдай!
— Иди сюда, и возьми.
— Я не могу! Я голый!
— Тогда сиди там, и сохни! А у меня интересная программа. Вот, послушай, в Европе опять заморозки, представляешь?
— Ну Джейк! Ну, пожалуйста!
— Мне лень. Иди сюда, и возьми. И потом, как я могу пропустить прогноз погоды в Австрии?
Голова скрылась за дверью. Радостная ухмылка тут же сползла с лица волчонка, он озабочено поглядел на трусы, потом — на ванную.
— Джейк — жалобно позвал Люк — мне холодно.
— Залезь в душ и погрейся — не сдавался Джейк.
— Ну, пожалуйста!
— В обмен!
— На что? У меня же ничего нет!
— На желание!
За дверью послышалось всхлипывание и жалобный голос ответил:
— Лааадно…
Джейк встал, прошествовал к ванной, и просунул похищенное обратно, демонстративно отвернувшись.
Через несколько минут Люк лежал на диване перед телевизором и пил горячее молоко, все еще поглядывая с укоризной на друга.
— Ладно, ты поваляйся, мне тоже надо привести себя в порядок — сказал Джейк. Поднялся
в свою комнату, а вниз спустился в банном халате с полотенцем через плечо. Помахав Люку краем полотенца, он скрылся в душе. Люк полежал, прислушался… Потом выпутался из одеяла, подбежал к двери. Осторожно потянул за ручку… Нет, надо же! Дверь не была закрыта! Лис просунул мордочку за дверь, оценил ситуацию… И удалился с халатом и полотенцем в лапах. Сгрузил все это на кровать, вернулся, проверил еще раз. Нет, ничего такого больше сотворить не удается. Можно попробовать подпереть дверь джакузи, но это рискованно. Гордый собой, лис отправился досматривать передачу.
Джейк сидел в ванной гораздо дольше. Но в конце концов вода перестала шуметь, и лис насторожился. Вот он — момент торжества и мести! Секунды тянулись, как капли из крана — медленно и тяжело. Наконец дверь скрипнула, и голос Джейка произнес:
— Люк, я вешал сюда полотенце. И халат. Я точно это помню.
Лисенок хихикнул.
— Люк, неси сюда халат! Тебе не кажется, что шутка, повторенная дважды — не смешная?
Лисенок забился в беззвучной истерике, вцепившись зубами в одеяло.
— Люк! Мне долго ждать?
— Ах, извини, Джейк! Я засмотрелся передачу! Такая интересная!
— Что ты мне следы путаешь? Прогноз погоды в Австрии уже прошел! Где мое полотенце?
— Здесь! Вот оно! Оно такое мягкое! Как твоя шерстка! Иди сюда, и возьми его!
— Нахаленок! Немедленно отдай полотенце!
— За три желания. Три желания — и забирай!
За ванной дверью притихли. Горящими глазами Люк смотрел на белую дверь.
— А не слишком много требуешь? — голос у Джейка был какой-то виноватый.
— Неа! Мы люди гордые — чужого не надо, но и от своего не откажемся. Так как???
— Давай так, я тебе прощаю одно твое, а ты мне — мои два.
— Люк не торгуется! Сказал три — значит, три.
— Ах, так?
Люк обхватил хвост передними лапами, в ожидании праведного гнева. Но дверь ванны распахнулась, и из нее вышел мокрый и взъерошенный Джейк. Гордо и не скрываясь, он прошествовал к кровати, картинным жестом подхватил с нее полотенце, на мгновенье замер, потом прижал полотенце к груди, гордо вскинул нос и пошел обратно в ванную, повиливая задорно поднятым хвостом. Люк сидел отвалив челюсть, и во все глаза глядел на это представление. Джейк дошел до ванной, остановился, и показал Люку язык.
— Вот до чего доводит жадность.
Потом скрылся в ванной. Люк погрустнел, осел, завернулся вокруг одеяла, и уставился на экран телевизора.
Джейк появился минут через десять. Причесанный, высохший, с изящно торчащими усами.
— Чего нос повесил, рыжий? Вставай и одевайся!
Люк вскинулся с кровати.
— Джейк, ты не сердишься? А я так себя ругаю!
— Одевайся, ругачка. Действительно чучело, правильно тебя мама так зовет. Нет, причесываться будешь потом. А сейчас — кататься! Мне еще надо на заправку заехать.
И они отправились кататься. Джейк полностью оправдывал надежды папы, не лихача и не выпендриваясь, но и не слишком показывая, что за рулем он совсем еще молочный кутенок. В общем, они съездили к школе, потом — на городскую площадь, потом выехали за город, и даже успели погоняться друг за дружкой на зеленой весенней полянке. К Люку вернулось хорошее настроение, и он азартно взвизгивал, метаясь между [5] деревьями рыжим всполохом. Потом стояли, пытаясь отдышаться, уперев лапы в машину с разных сторон.
— Хорошо! — сказал Люк, задрав мордочку к небу — весна скоро.
— Почему — скоро? Уже весна! Снег сошел, тепло.
— Разве это тепло? И грязи сколько налипло!
— Ничего! Приедешь домой — вымоешься! — Джейк оттопырил нижнюю губу в насмешливой улыбке.
— Только после тебя!
— Да сколько угодно!
Джейк решительно сел за руль. Люк плюхнулся на сиденье рядом.
Дома Джейк действительно пошел в ванную первым. Благо, помывка лап и вычесывание шерсти не заняло у него много времени. Люк безобразничать не решился. День клонился к вечеру, и за окном сильно потемнело — на небо набежали пушистые, но темные облака. Пока Джейк причесывался, Люк задернул шторы и включил свет. В комнате сразу стало очень уютно и домашне.
— Иди теперь ты, грязнуля.
Проходя мимо, Люк попытался дернуть Джейка за хвост, но тот был готов, и серый пушистый кончик рванулся в сторону, все время оставаясь вне досягаемости для лисенка.
Когда лис завершил помывку, Джейк позвал его:
— Иди сюда, чучело. Буду тебя вычесывать.
— Ты?! — изумленно спросил, выглядывая из ванной, Люк.
— Я. А что, ты против?
— Нет, но это же такая морока! Меня же ВЕЗДЕ надо вычесывать! И ТАМ — тоже!
— Ну и что? Иди сюда, говорю. Проиграл желание? Вот и иди.
Люк потоптался, вздохнул, поглядел на ванную комнату, несмело намотал полотенце на бедра, и прижав ушки, потопал в гостиную. Джейк ждал его с щетками и расческой у кровати. Люк еще раз вздохнул, и встал на кровать на четвереньки. Полотенце, естественно, тут же размоталось, и повисло вокруг хвоста.
— Чучело — ласково сказал Джейк, и провел щеткой между ушами. Люк опустил мордочку, и застыл. Джейк прошелся щеткой по шее, вычесывая зимнюю шерсть, потом — по бокам и спине, периодически снимая старый пух со щетки, а потом — по груди лисенка.
Люк поднял голову:
— Джейк, я боюсь! — страдальчески сказал он.
— Ну что ты, рыжий! Я не сделаю тебе больно!
— Я не тебя боюсь, Джейк! Я себя боюсь!
Джейк отбросил щетку, и присел у края кровати. Их глаза оказались на одном уровне.
— Глупый, чего ты боишься? Я же тебя не съем?
Взгляд Люка скользнул вниз, между ног.
— Ты со мной дружить не будешь…
Лапа волка прошлась по спине, зарываясь в мелкую пушистость и взъерошила свежеотмытую шерстку.
— Ну что ты, Люк! Давай посмотрим, что там у тебя?
С этими словами волк тихонько толкнул лисенка на бок. Люк завалился, свернувшись в клубок, и попытавшись спрятать передние лапки между задними. Джейк вздохнул, и снова взялся за щетку. Осторожными, но размашистыми движениями он прошелся по груди и животу друга. Хвост лиса вздрагивал при каждом движении щетки. Уверенными движениями волк прошелся по бокам, и Люку волей-неволей пришлось сдвинуть лапу. Полотенце совсем сползло, и из под ладошки стал виден розовый кончик лисьего пальчика, уже до половины вылезший из своей меховой варежки. Люк прекрасно это чувствовал, и с остервенением вглядывался в лицо Джейка, ожидая увидеть там… Он сам не знал, чего ожидал увидеть. Но
не увидел ничего. Словно ничего не произошло, Джейк продолжал расчесывать друга — на спине, на бедрах, на хвосте… Потом ласково, но решительно поднял хвост, и провел щеткой от края бедер по всей длине до самого пушистого кончика. Хвост вывернулся, и хлестнул по кровати.
— Ну что ты, маленький? — снова присел у края кровати Джейк, заглядывая в глаза Люку. В процессе причесывания морда Люка оказалась у самого края, и Джейк лизнул его прямо в нос. В глазах Люка вспыхнула безумная надежда, он тут же закрыл их, и пасть его слегка приоткрылась. Джейк вложил язык между приоткрытыми зубами лисенка, ощущая новый для него вкус и бархатистую поверхность чужого рта. Люк дернулся, но не отстранился, и лишь судорожно глотнул. Два приятеля столкнулись носами, и лишь тогда Джейк осознал, что они оба не дышат. Он открыл глаза, посмотрел на съежившегося Люка и разорвал поцелуй. Люк так и остался лежать, часто дыша и подергивая хвостиком. Джейка и самого слегка трясло. Он отложил крупную щетку, взял мелкую, и, встав на колени возле друга, принялся тщательно его вычесывать начиная от горла и ниже, ниже… Люк приоткрыл глаза, и следил за действиями приятеля, ничем ему не мешая, но и не помогая. Джейк дошел до самого низа живота, где все хозяйство Люка торчало уже в полный рост, даже шарик у основания члена выскочил наружу, и аккуратно взялся за торчащий розовый отросток, осторожно отогнул его, и быстро прошелся щеткой по белой шерстке, едва скрывавшей розовое пузико. Люк сжал кулаки, и попытался просунуть хвост между лап. Джейк отпустил Люка, взял его за заднюю лапу, поднял ее верх, и осторожно прошелся щеткой по яичкам лисенка. Потом вычесал внутреннюю сторону бедер, и стал вычесывать хвост. Ему было неудобно держать щетку в левой лапе, но он раз за разом повторял движения, продвигаясь все ближе к белому кончику рыжего хвоста, и одновременно склоняясь все ниже… Наконец он закончил вычесывать хвост, и лизнул самый кончик члена. Люк хихикнул, а член дернулся, прижимаясь к пузу. Но тут же вернулся в исходное состояние. Джейк вопросительно посмотрел на Люка.
— Щекотно! — объяснил тот.
— Ты уже не боишься, что я не буду с тобой дружить? — спросил Джейк с хрипотцой в голосе.
— Неа! А как ты догадался, что я очень хочу? Ну, с тобой, и вообще?
— Потому, дурачок, что я сам этого хочу. С тобой, и вообще.
Люк приподнялся:
— Правда? Ты правду говоришь?
— Вот, буду я тебе врать — притворно обиделся Джейк.
Люк открыл пасть, и ясными глазками с обожанием смотрел на серого приятеля.
— Джейк, слушай, это же так здорово…. Я же теперь могу…
Он замолчал. Но Джейку и не нужно было продолжения.
— Можешь. Если хочешь, конечно.
— Хочу, хочу! А…
Он неловко запнулся. Джейк перекатился к лисенку поближе, и потянулся к его морде. Люк ответил встречным движением, и в абсолютной тишине громко клацнули столкнувшиеся клыки. Две пары глаз широко раскрылись, две пары ушей насторожились, и через секунду две пушистые морды катались по подушкам от смеха. Это неловкое движение сняло остатки неловкости, и волк с лисенком слились в долгом поцелуе, лаская языками друг друга, проводя ими по клыкам, зубам, и сплетая в медленном страстном танце. Когда они оторвались друг от друга, Джейк обнаружил, что крепко сжимает Люка за локти, а тот вцепился ему в бедро всеми когтями, собрав кожу складками. Люк тоже это обнаружил, и испуганно отдернул лапу. Джейк улыбнулся.
— Верни лапу на место. А впрочем, нет, не надо.
Он начал медленно спускаться вдоль [5] груди и живота Люка, периодически покусывая и дергая за шерстинки. Люк каждый раз судорожно вздыхал. Добравшись до заветной цели, Джейк вдохнул аромат возбужденной лисицы, и быстро-быстро облизал весь орган. Люк зашелся во всхлипе, весь собравшись в комок вокруг головы Джейка, и вцепившись в шерсть всеми лапами. Джейк терпеливо сносил все это, продолжая движения языком.
— Д… Дж.. Джжжейк, пожжжалуйста, остановись… — всхлипнул Люк.
— Тебе плохо? — тут же озабоченно спросил волченок.
— Нет, не то что бы плохо… У тебя язык шершавый, мне просто ну очень хорошо! Мне правда здорово, но давай чуть позже. И вообще, я тут лежу перед тобой голый — Люк откинулся назад, открыв бесстыдный и роскошный обзор себя — а ты до сих пор одет. Нечестно!
— Ну, хорошо, сейчас — ответил Джейк, заводя лапы за спину.
— Стой! А можно я? — вскочил Люк — я так мечтал об этом, чтобы расстегнуть тебе штаны, что бы увидеть твой большой красный член…
— Ну, не такой уж он и большой — засмущался Джейк.
— А вот щас и посмотрим! — азартно принялся за дело Люк. Первым делом он расстегнул пуговицу сзади, освобождая хвост. Потом потянул молнию спереди, в результате чего шорты Джейка фактически распались на две половинки, под действием напора изнутри. Джейк приподнялся на колени, что бы Люку было удобнее. Люк осторожно потянул шорты вниз, но они явно за что-то зацепились. Люк запыхтел, и стал их поправлять. Джейк с усмешкой наблюдал за его действиями. Наконец, Люк справился с непослушной тканью, и торчун Джейка вырвался на свободу. Он действительно был не очень велик, ну, может, раза в два крупнее, чем у Люка. Темно-лиловая кожа с хорошо видимой сеткой вен выглядывала из почти черной шерстяной варежки, обозначив крупный узел у основания члена. Люк восхищенно смотрел на качающийся в сантиметре от его носа орган, и часто-часто вдыхал воздух, то ли наслаждаясь ароматом волка, то ли просто от возбуждения. Джейк даже засмущался.
— Ну ладно, я так и буду стоять?
— Ой, щас!
Люк потянул шорты дальше, и волку пришлось лечь, что бы Люк смог их стянуть. Лисенок протянул хвост, и самым кончиком прошелся по обнаженной коже волчонка. Тот взвыл.
— Ой, щекотно же!
— Ага! А как ты меня? — азартно ответил Люк, и повторил ласку. Джейк распрямился пружиной, но Люк увернулся, и отпрыгнул на другой конец дивана. В результате волк тяжело плюхнулся на скомканные одеяла.
— Иди сюда, негодник, я задам тебе хорошую трепку! — взревел Джейк грозным голосм.
— Вот еще, господин волк — тоненьким голоском запричитал Люк — я хороший зайчик, меня мама всегда хвалила, она говорила — к волку не подходи. Пусть он сам за тобой побегает!
— Ну, держись! Поймаю — отымею!
— Нет, господин волк — скалясь от восторга причитал Люк — меня нельзя иметь. Меня мама всегда хвалила, она говорила, что от волков блохи бывают. А я не знаю, вы мылись ли?
Джейк взял с низкого старта, но верткий Люк просто перепрыгнул через него, на ходу мазнув хвостом по морде. Джейк не врезался в стену только потому, что рванулся вслед ускользающей добыче, перекатился по дивану, оттолкнулся от стены и сиганул за Люком. Легкий лисенок легко менял направление движения, прыгая голым по ковру в гостиной, и при этом совершая обманные движения хвостом. Тяжелый Джейк запаздывал и не успевал на какую-то долю секунды. Наконец он весь вытянулся в прыжке, и просто грохнулся всем телом на ковер, но успел ухватить Люка за заднюю лапу. Люк замер, глядя через плечо назад — уж больно громкий был
удар. А Джейк начал подтягивать Люка к себе, вынуждая скользить по ковру, и в конце концов Люк плюхнулся на четвереньки. Одним сильным движением волчонок вскочил на лапы и оказался над Люком, крепко прижимая его к своему животу. Люк чуть прогнулся, закрыл глаза, и тяжко дышал. Волчонок еще чуть подвинул себя вперед, а Люк только сильнее выгнулся.
— Можно? — в самое ухо шепнул Джейк. Люк только кивнул, и сглотнул.
Тогда Джейк не спеша встал на коленки, взял хвост Люка в левую лапу, и оттянул его вверх и в сторону. Люк замер, подняв морду к потолку, и наслаждаясь каждым движением. Джейк направил свой орган под хвост Люку, и начал осторожно толкаться. В какой-то момент он понял, что попал, и гладкая упругость охватила самый кончик его члена. Люк дернулся, и застыл.
— Больно?
— Немножко. Продолжай.
Джейк надавил вперед. Удалось продвинуться на сантиметр, а потом стало больно ему самому. Джейк пошел назад, попробовал снова. Люк дышал с присвистом — он закусил губу.
— Нет, подожди — сказал он, и Джейк тут же вытащил — надо бы смазать чем-нибудь. А то больно.
Джейк растерянно оглянулся. А Люк предложил:
— Полижи у меня там. Будет мокро, может, не так больно. Ну, если хочешь — просто плюнь.
— Глупый! — сказал Джейк, и придвинул морду к самому хвосту Люка. Стараясь не дышать, лизнул. Ничего! Вполне нормально! Кожа как кожа. Это не он глупый, а ты! — обругал сам себя Джейк, вспомнив про две ванны за день. И уже спокойно и методично облизал и дырочку, и шерстку вокруг. Люк повернулся, ласковой кошкой прошелся головой по бедрам Джейка, положил голову ему на колени, и с любовью поглядел на друга. У Джейка аж захватило дыхание от этого взгляда — столько доверия и любви было в глазах лисенка. А тот, стараясь не отрывать взгляда от волчьих глаз, придвинулся и обернул язык вокруг вала Джейка. И тут Джейк на своей коже понял, что такое шершавый язык, но очень приятно . Приятно было до звона в ушах, до вставшей на загривке шерсти, и ни за что на свете Джейк не прервал бы сейчас друга. Люк, видимо, это понял, потому что поднялся, лизнул Джейка в нос и снова перекатился на четвереньки. Призывно выгнув хвост. Джейк придвинулся к Люку, снова попытавшись попасть куда нужно. Это получилось намного проще, и Джейк почувствовал, как скользит в горячую пещерку легко и свободно. Люк снова выгнулся в потолок.
— Больно?
— Да, но это другая боль. Давай еще.
Джейк снова двинулся вперед, ощущая тугое тепло при каждом движении, и каждое движения наполняло его удовольствием и тугой комок скапливался внизу живота. Его дыхание участилось, движения стали судорожными, пока он не почувствовал, что начал толкаться узлом в попу Люка.
— Джейк, давай, давай, милый — шептал Люк, выгнувшись дугой.
Джейк отбросил последние сомнения. Он сделал несколько мощных движений вперед, и полностью проник в друга. Тот упал на ковер, уронив голову на передние лапы, и Джейк почувствовал огромное давление, которое нарастало с каждой секундой, готовясь разорвать изнутри, он поднял морду и тоненько завыл, и тут это случилось.
Джейк почувствовал, как струя удовольствия вырвалась из него, рванув в самые недра Люка, и с каждым толчком, с каждым импульсом Джейк взлетал на волнах удовольствия, и это длилось, длилось, и длилось. Наконец, все закончилось, но Джейку все равно было приятно — похоронив член глубоко в лисенке, он ощущал одновременно теплоту внутренностей Люка, приятное ласковое давление и трогательную нежность. Люк поднял голову и смотрел на него через плечо.
— [5] Ну как?
— Здорово! — только и смог выдохнуть Джейк.
— Ну и хорошо. — Люк снова опустил голову на ковер.
— Бедный, сейчас я вытащу — завозился Джейк.
— Да нет, не надо — едва слышно отозвался Люк. — Мне уже хорошо. Тепло так… Приятно.
Джейк остановился. Через несколько минут удовольствие практически прекратилось, и он сам выскользнул из Люка. Тот с кряхтением повернулся к волку.
— Это было что-то! Я думал, ты меня разорвешь пополам! Причем, мне и больно, и приятно одновременно. А потом я чувствую — ты остановился — делился Люк впечатлениями — а мне так хотелось, что бы тебе было совсем хорошо. Ну, я думал — все, точно порвусь. А потом как-то вдруг стало просто здорово, и ничуть не больно. Только хорошо.
— А сейчас? — спросил Джейк с любопытством.
— Сейчас — болит, но это фигня, все пройдет. Я так думаю. Тебе понравилось?
— Очень!
— Мне тоже. Пойдем обратно на кровать.
Они поднялись с ковра, и перешли на диван. Люк растянулся, вытянув хвост во всю длину. Он очень красиво смотрелся — рыжий лис с белоснежным брюшком, на котором розовой тенью выделялся почти спрятавшийся член.
— Ой! А почему у тебя он назад прячется? — испугался Джейк.
— Не знаю — устало ответил Люк. — Наверное, погулял, и домой хочет.
— А хочешь, я его позову?
— Позови — улыбнулся Люк.
Джейк передвинулся поближе к меховым ножнам, из которых выглядывала розовая блестящая косточка, манящая и аппетитная. Волнообразно изогнутая, она была похожа на маленькую ложечку и на леденец одновременно. Джейк лизнул гладкую кожу. Люк тут же отреагировал на это, вытянув задние лапы в стороны, и явив своего красавца обратно. Джейк обнял друга поудобнее, и стал вылизывать розовый кончик то в длину, то по спирали, то полностью захватывая его своей длинной пастью. Люк дышал все чаще и чаще. Джейк передвинул одну лапу, и стал когтем водить по основанию хвоста приятеля. Люк тут же выгнулся дугой, уперевшись носом в подушку за головой. Тогда Джейк очень-очень осторожно запустил один палец под хвост, в мягкую скользкую дырочку, а член Люка заглотил полностью.
— Покусай! — прошептал Люк в подушку.
— Что? — не понял Джейк.
— Покусай!
Быстро и часто. И можно сильно.
С недоверием волченок уставился на друга. ЭТО же такое чувствительное, как это можно кусать? А Люк в это время упал обратно на диван, и тяжело дышал, глядя в потолок. Тогда Джейк вернулся и к дырочке, и к облизыванию. И снова Люк выгнулся от наслаждения. Тогда Джейк осторожно зачастил зубами по упругой поверхности, пропуская всю длину вала меж клыков. Люк прогнулся еще больше, и тоненько-тоненько залаял. А в рот волку ударила густая пахучая струя, с совершенно своеобразным вкусом. Он захлопнул пасть, глотая последние соленые капли, и ласково проводя языком по всей поверхности. Люк упал на кровать, и, казалось, задыхался.
Джейк лег рядом. Люк повернул к нему голову, пожал лапу и открыл мутные глаза.
— Спасибо — прошептал он.
— За что, глупенький мой? — с нежностью спросил серый волк.
— Это было так здорово. Я так долго об этом мечтал.
— А почему ты мне раньше не сказал? Я бы тебе давно так мог сделать!
— Ага, сказал бы! А ты мне почему не сказал?
— Ну, ты бы мог и не согласиться…
— И ты бы мог! — с вызовом сказал Люк. Но вызов утонул в нежном поцелуе, которым волк прервал глупые обвинения.
Полежали молча.
— Слушай, лис, а что бы ты загадал, если бы я согласился на эти три желания?
— Ну, точно не это — заулыбался Люк.- Я на это даже в самых смелых мечтах рассчитывать не мог. Но… — тут он искоса посмотрел на волка — первое мое желание было бы, что бы ты меня вычесал.
— Честно? — спросил ошарашенный Джейк.
— Честно. Поэтому, когда я услышал от тебя, что ты зовешь меня чесаться, я подумал, что ты читаешь мысли. И испугался, что ты и остальные прочтешь!
— А теперь тоже боишься? — игриво укусил его за нос Джейк.
— А чего теперь бояться? Ты же их и так прочитал! — улыбался Люк.
Он повернулся и крепко обнял друга, положив морду ему на грудь.
— А ведь в понедельник в школу…
— Не грусти, Люка — ответил Джейк, ведь потом будут новые выходные. И потом, ведь у нас теперь есть машина!
Обдумал значение этих слов, и снова произнес с удовольствием:
— У нас ведь есть машина!

В небе висела полная луна, белый свет освещал все вокруг. Небо было усыпано крупинками звезд. В лунном свете был виден чей-то силуэт. Задрав голову он смотрел на звезды, ища среди них самые яркие. Это был снежный леопард, он стоял перед входом в пещеру, наклонно уходившую в глубь земли. Луна освещала его стройное тело, серебря его светло и темно-серый мех. Пушистый хвост колебался позади него, пропущенный через отверстие в штанах из некрашеного льна. Его рубашка была изготовлена из того же материала, на запястьях были розовые повязки. Ноги обуты в сандалии с колокольчиками, по два на каждом. Аксело . Из пещеры донесся голос.
Он повернул голову к пещере, и в его глазах фиолетового оттенка отразился свет полной луны. … Да?
В темном проходе пещеры показался дракон, стоящий на четырех лапах. Он был зеленого цвета, с яркими небесно голубыми глазами, около левого глаза был длинный шрам. Крылья были плотно сложены на спине, вдоль позвоночника шел гребень из красных шипов. Он был выше леопарда, плечо дракона находилось чуть выше его головы, потолок пещеры был довольно низким, поэтому дракону приходилось пригибаться. Красивая ночь, правда? Он говорил глубоким, излучающем спокойствие голосом.
Аксело тихо подошел к дракону, едва заметно улыбаясь и праздно отметил длинные рога на его голове. Ты прав, Шторм .
Дракон пару минут смотрел в звездное небо, прежде чем спросил. Готов ли ты сделать то, о чем я тебя просил? .
Аксело улыбнулся, смущенно замурчал и переступил с ноги на ногу. Шторм опустил голову ниже, и Акс положил свою пушистую лапу ему на нос. Если бы я не хотел этого, я бы не пришел .
Шторм потерся об лапу и улыбнулся. Я уже и не надеялся, что ты согласишься.
Леопард захихикал, и лизнул дракона в нос. Мне было бы трудно устоять, даже если бы я не был тебе за то, что ты позволил мне скрываться здесь .
Шторм заурчал, улыбнулся и обнюхал щеку Аксело. Тогда приступим…
Акс ловко подлез под дракона. Шторм посмотрел между ног, и увидел, как леопард облизнулся, глядя на основании его хвоста. Аксело подполз к задним ногам дракона, встал на колени и внимательно огляделся. Заметив тонкий разрез на бежевой чешуе, он улыбнулся и начал потирать его своей пушистой лапой. Шторм тихо зарычал, его бедра дернулись вперед в толчке. Акс удовлетворенно замурчал, и продолжил тереть, решив помочь себе языком. Однако, раньше чем он успел осуществить задуманное, из разреза выскользнул кончик драконьего члена. Аксело чуть смутился. Ты не шутил, когда говорил что хочешь этого…
Шторм только молча усмехнулся, он был уверен что этот котенок не откажется в последний момент. Аксело несколько раз прошелся языком по наконечнику, его лапа продолжала тереть область разреза. Взяв член дракона двумя лапами, он продолжил лизать клиновидную головку в более медленном темпе. Шторм зарычал снова, на сей раз громче, его лапы дрожали, он с трудом сопротивлялся желанию затолкнуть член глубоко в пасть Аксело. Он продолжал наблюдать за действиями котенка.
Аксело поудобнее устроился под животом дракона. Член находился прямо напротив его лица, он старательно облизывал его с нижней стороны, а сверху, ближе к животу, поглаживал лапами. Благодаря острому запаху дракона, из ножен, наконец, показался его собственный член. Он продолжал работу с закрытыми глазами, увлеченный своим занятием. Хвост дракона заскользил между его ногами. Шторм отодвинул в сторону хвост своего партнера и погрузил кончик своего хвоста в его задницу. Акс широко распахнул глаза и начал судорожно выдохнул. Ах…!!
Оглянувшись он увидел ухмыляющуюся морду дракона, Шторм показал
ему язык, видимо желая поддразнить его. Акс громко зарычал и вернулся к своему занятию. Теперь его лапы медленно двигались по стволу, а язык быстро лизал головку. Пытаясь сконцентрироваться дракон рычал все громче, его хвост, проникший в котенка уже сантиметров на пять, начал медленно двигаться вперед и назад. Аксело громко стонал, его розовый член пульсировал от удовольствия.
Шторм чувствовал, что благодаря лапам и языку леопарда оргазм приблизился уже вплотную. Несколько капель спермы выступили на головке, и были тут же слизаны Аксом. Издав громкое рычание, дракон остановил свой хвост и чуть отступил назад. Арргхх… Т-тормози… Он говорил чуть заикаясь.
Это вернуло Аксело к действительности, он открыл глаза и перестал лизать, но лапы все же не убрал. Он посмотрел на запыхавшегося дракона. Что случилось?
Я почти кончил… Прямо здесь… Хех…
Аксело вздрогнул, когда хвост Шторма оставил его тело, а член покинул его лапы. Шторм решительно шагнул в сторону пещеры. Мы что… идем куда-нибудь? Спросил Акс.
Хмм… Глубже пещеры очень неровные… Может и впрямь закончить прямо здесь… Он пропустил хвост между ног и уселся на похожий на скамейку выступ в скале.
Его драконий член был отлично виден в свете луны. Акс смотрел на него несколько секунд, прежде чем усмехнулся, решив, что ему делать. Он встал на четвереньки, выгнул спину так, что его пушистая задница оказалась прямо перед драконом и замер в ожидании. Шторм тихо зарычал, подошел ближе к Аксело и обнюхал его зад. Встав поудобнее, он пристроил головку под хвостом Акса, и неожиданно резко толкнул вперед, погружая несколько сантиметров члена в леопарда. Аксело громко застонал и еще сильнее выгнул спину. Шторм громко рычал, лишь чуть-чуть вытаскивая, а потом с новой силой погружая свое орудие еще глубже. Ааааа…!!! Акс кричал, пытаясь сопротивляться.
Шторм только зажмурил глаза и зарычал сквозь сжатые зубы. Чуть вытащив член, он снова толкнул его вперед, и все 20 сантиметров горячей плоти оказались внутри его напарника. Аксело сдавленно мявкнул, почувствовав в себе всю длину дракона, с кончика его члена капала смазка. Ооохх… да… Шторм облегченно вздохнул и замер.
Аксело стонал и царапал камень, чувство погруженного в него горячего драконьего члена приводило его в экстаз. Шторм наклонился вперед, стараясь как можно ближе прижаться к котенку. Передней левой лапой он перевернул Акса мордой вверх, уверенно держа его над полом. Тот не возражал, рефлекторно он обхватил ногами бежевый чешуйчатый живот дракона. Они чувствовали дыхание друг друга. Тихо рыча, шторм немного выдвинул член, и быстро затолкнул его назад. Обоим это нравилось, поэтому леопард не сопротивлялся. Он лишь тихо стонал при каждом новом толчке.
Его розовый член выстреливал соки прямо на его живот и грудь, его постоянно извивающийся хвост обвился вокруг лапы Шторма и наконец замер. Дракон сильнее прижал к себе партнера и наклонил голову. Его член двигался глубоко внутри леопарда. Ааххррр… Ты — маленький напряженный котенок . Он говорил глубоким хриплым голосом.
Аксело пытался сжать дракона крепче, но лапы скользили по гладкой чешуе. Он дрожал от каждого движения драконьего члена. Ммм… ахх… . Котенок не мог сдержать стоны удовольствия.
Шторм закрыл глаза и громоподобно зарычал, он чувствовал себя великолепно. Толчки становились все быстрее и сильнее. Дракон опустил голову к плечу Акса и сдавал его зубами, сильно, но, не причиняя повреждений. Он начал толкать изо всех сил, тело котенка дергалось взад и вперед, следуя за движением члена. Аксело выгнул спину и громко вскрикивал при каждом толчке.
Он судорожно сжал дракона, когда его розовый член начал выплескивать порции спермы на его живот, грудь и лицо, а также на брюхо дракона. Шторм сдавленно застонал в пушистое плечо леопарда, его толчки замедлились из-за захвата Аксело, но это отнюдь не уменьшило их силы. Сделав еще несколько ударов, он высоко поднял голову и взревел, глубоко погрузив член и выстреливая струями семени внутри покорного котенка. Аксело громко стонал, чувствуя как потоки драконьей спермы изливаются внутри него. После того как достаточное количество семени оказалось внутри леопарда, Шторм вытащил член наружу и оросил последними несколькими всплесками его пушистое тело. Мурлыкая и улыбаясь, Аксело старался поймать как можно больше капель живительного дождя. Потоки спермы из члена дракона постепенно утихли и превратились в скромную капель.
Аксело мягко сполз с лапы друга, устроившись прямо под ним. Его уже опавший петух лежал у него на животе, готовясь скользнуть в свои меховые ножны. Шторм замурчал и подогнул лапы, положив свой член на Акса так, что тот прикрывал меньшего собрата. Он успокоил дыхание, открыл остекленевшие глаза, и нагнулся, чтобы посмотреть на своего друга. Весь покрытый спермой и смазкой котенок подмигнул ему, счастливо улыбаясь. Шторм улыбнулся в ответ и отошел, чтобы дать Аксело возможность подняться. Акс попытался встать, но со стоном рухнул обратно в лужу драконьей спермы. Расхохотавшись дракон приподнялся на задних лапах, а передними схватил грязного леопарда, сжав его в объятиях. Сейчас ты должен спать, а завтра мы придумаем как тебя почистить .
Сказав это, он уложил Акса на чистом месте, лег рядом, и, вздохнув, накрыл его крылом. Счастливо замурчав, он закрыл глаза, а облака закрыли собой луну, защищая счастливую пару от ее особенно яркого этой ночью света.

Зачем я так вчера нажрался? С этой мыслью я открыл глаза. Голова раскалывалась, такое впечатление, что размер черепной коробки не совпадал с размером мозгов. Мучительно хотелось пить.
— Ну что, опять? А сколько раз себе слово давал? — затянула любимую песню совесть.
— Отстань! И без тебя тошно! — огрызнулся рассудок.
Я сел, вернее принял сидячее положение. От этого действия мир вокруг меня покачнулся и к головной боли добавилась ещё и тошнота.
— Что же вчера была за пьянка, или банкет? — пытаюсь вспомнить.
Несмотря на то, что мозги распирали голову, память была чиста как отформатированный диск. Ну ладно, это в принципе поправимо, достаточно только перезагрузится стаканом водки. А пока воспользуемся косвенными уликами . То, что я проснулся один, свидетельствовало о том, что вечеринка была холостяцкой. А значит, как модно сейчас называть корпоративной. И как всегда в моей холостяцкой квартире. Держу пари, что на кухне гора грязной посуды, не первый раз. Тут моё и так не слишком радужное настроение упало окончательно. Я вспомнил что отмечали. А отмечали как раз повышение одного из моих коллег. Теперь понятно, почему меня так вчера понесло, на это место не без оснований претендовал я. И надо же, опять меня обошли, в который
раз… Что за невезуха? Ход моих мрачных мыслей внезапно был прерван резкой головной болью. Нет, работа-работой, а с нынешним состоянием надо что-то делать, срочно принимать меры. Я вздохнул, осторожно, избегая резких движений, поднялся и поплёлся на кухню. Вот это бардак! Стол ломился от грязной посуды, консервных банок, окурков (опять курили гады, знают же что я не курю!). И в центре всего этого безобразия горделиво возвышалась едва начатая бутылка довольно неплохой водки. Опохмелка… Интересно, сколько вчера было водки, если мы не смогли выпить всю? Впрочем, о водке без содрогания, я сейчас думать не мог. Сейчас необходимо принимать срочные меры по тушению пожара в трубах. В робкой надежде найти минералку я открыл холодильник. Облом, минералки не оказалось, зато была ещё одна бутылка водки и в принципе, чем закусить. Жажда продолжала терзать меня. Я набрал стакан воды из-под крана. Я одним глотком осушил пол стакана. Тёплая, противная… Кажется, со стороны желудка послышалось шипение… Кое-как утолил жажду. Ну что надо принимать решение. Оцениваем ситуацию, сегодня суббота, выходной, значит, остановимся на варианте опохмелки, тем более есть чем.
— Это же новая пьянка! — робко пыталась, было запротестовать совесть.
— Заткнись! — оборвал её рассудок.
Итак, быстренько готовлю нехитрую закуску, беру из холодильника бутылку водки (при этом на её место заботливо помещаю бутылку со стола) и следую в зал. Постольку состояние кухни явно не располагало к процессу опохмелки. Накрываю журнальный столик и незамедлительно приступаю к процедуре.
— Может всё же не надо…- робко предложила совесть.
Но рассудок даже не удостоил её ответом. И я наполнил рюмку.
— Какая гадость! — меня даже передёрнуло и чтобы окончательно убедится в этом, наполняю вторую.
— Гм. А пить вроде можно, — закусываю и наливаю третью.
— Да что же это я на неё родимую наговариваю, отличная водка!
После четвёртой рюмки, вместе со значительным улучшением самочувствия проснулся трудовой энтузиазм. Совесть потребовала незамедлительно этим воспользоваться, рассудок в принципе не возражал. Пусть лучше эта правильная уборкой занимается, а то сейчас начнёт копаться во вчерашних событиях. И я решительно приступил к уборке. Начал с
кухни, а затем совесть, подло воспользовавшись благодушным настроением рассудка, заставила меня убрать всю квартиру. Спустя некоторое время, я удовлетворённо рассматривал результаты своего труда. Чистота! Квартира сияет. А вот я нет, потом от меня, наверное, за версту разит.
— И перегаром! — вякнула совесть.
— Значит, переходим к водным процедурам, — сказал рассудок.
Беру со шкафа чистое бельё и следую в ванну. Что ни говори, а душ это здорово! Вместе с потом смылись и остатки похмелья. После душа взглянул в зеркало, гм, надо бы его побрить. Не зеркало конечно, а того отдалённо похожего на меня типа, что в нём отражается. Ну вот, теперь полный порядок, последний штрих, пару пшиков одеколона и прям красавец мужчина. Я удовлетворённо посмотрел на теперь уже себя в зеркале. Теперь можно подумать, чем занять выходные. Начал было составлять план возможных мероприятий, но мысли, почему вновь вернулись к вчерашним событиям. Ну почему мне так не везёт? И нельзя сказать, что не везёт фатально, просто всё у меня в жизни ненастоящее что ли. Чёрт с ней с работой, взять хотя бы мою личную жизнь. Мне уже 32, а я всё холостяк, меня уже самого тошнит от напускной бравады своим положением. И ведь нельзя сказать, что я обижен женским вниманием, скорей наоборот. Просто никак не получается найти вторую половину.
— Хватит плакаться, где ты её ищешь? — то ли спросила, то ли укорила совесть.
— В смысле? — не спросил, не учуяв подвоха рассудок.
— А в том в том смысле, что хватит шляться по замужним бабам! — напомнила недавний случай совесть.
— Так мы и не шлялись, она сама… — попытался оправдаться рассудок.
Как-то, после очередного мальчишника ко мне заявилась на разборки жена одного сослуживца. Разборки закончились…
— Сама, сама. А ты то тоже был не прочь! — продолжила наседать совесть.
— А почему…
Но тут ход моих мыслей был повторно прерван болью, выходя из ванны, я со всего маху задел мизинцем об косяк двери… Так, наверное, шипит анаконда… И прыгая на одной ноге, при этом, вовсю чертыхаясь, следую в зал. Едва переступив порог, я остолбенел, даже боль в мизинце куда-то мгновенно улетучилась.
Вот те раз…
Господа и дамы, жду ваших поздравлений, у меня белая горячка. А как иначе назвать то, что я увидел. Прямо передо мной, в моём любимом кресле сидел чёрт. Вернее чертовка. Я сморгнул, видение не исчезло. Напротив, усевшись поудобней, принялось с иронической улыбкой рассматривать меня.
— Допился! Уже черти мерещатся, а я говорила, не похмеляйся! — запаниковала совесть.
— Наверное, водка оказалась палёной… — попытался найти логическое обоснование рассудок.
— Ну что, так и будем молчать! — первой нарушила тишину моя гостья.
Как ни странно, после этих слов самообладание вернулось ко мне.
— Отчего же, я всегда рад поговорить с интересным че…, — начал, было, я и прикусил язык, каким к чёрту человеком.
— Девушкой, — предложила компромисс гостья.
А что, в принципе правильно, хоть чертовка, но девушка.
— Да что мы, чертей никогда не видели? Только вчера вечером, на кухне с ними водку пили! — поддержал меня рассудок.
— И некоторые из них, благодаря тебе даже с рогами, — съязвила совесть.
Я уселся напротив и со всей наглостью, на которую только был способен, принялся рассматривать [5] свою гостью, кажется, она даже немного засмущалась. По крайней мере, ироническая улыбка исчезла. Гм…. А она очень даже ничего! Скромное, но со вкусом подобранное платье, выгодно подчёркивало её фигуру. Смотри-ка лак на ногтях и на рожках одного тона, стиль. Темные волосы, заплетены в длинную косу. Лицо…Глаза…
— Э, да ты поосторожней, не влюбись! — вдруг опомнится рассудок.
Я поспешно отвёл взгляд в сторону.
— А, между прочим, очень красивая девушка, прямо ангелочек, — сказала своё слово совесть.
— Да, ангелочек, с рогами и хвостом, — ответил ей рассудок.
— Ну, так о чём мы будем говорить? — продолжил я разговор.
— А это тебе решать, ты же сам меня позвал и кажется, что-то хотел спросить, — ответила гостья.
— Я тебя звал!? Когда это? — моё изумление не знало границ.
— Когда выходил с ванной, ты трижды произнёс ключевую фразу, — ответила она.
— Ну, в таком случае, мадам, вынужден вас разочаровать, это было произнесено совершенно случайно, — ответил я своей гостье.
— Не мадам, а мадемуазель. И такие слова случайно не произносят!
— А вы, мадемуазель, собственно кто? — поставил я вопрос ребром.
— Я? Как тебе объяснить, чтобы не перегрузить твои и без того туго соображающие мозги. В двух словах, я та, кто ведает всеми твоими несчастьями.
Вот это да! Вот эта симпатичная чертовка, первопричина моих неудач? Нет, у меня определённо едет крыша и весь этот разговор бред. Я уже начал представлять себя в сумасшедшем доме. Интересно, будут ли меня навещать.
— Не волнуйся, ты полностью в здравом рассудке, — первой нарушила паузу гостья.
Да она ещё и мои мысли читает! Хотя, что ей, чертовке…
— Читаю, — подтвердила она. — Но поверь, это не так легко. Не больно то их у тебя много! Их то и мыслями назвать нельзя.
— Какие есть! — огрызнулся я.
Вот зараза, мало того, что жизнь мне испортила, так ещё явилась и издевается! Во мне начало закипать возмущение.
— Так значит я, твой подопечный…
— Надо же, сообразил, — в том же духе продолжила она.
— Да уж такой я, сообразительный! — ответил я в тон ей. — Значит все мои неудачи твоих рук дело?
— В точку! Хочешь, перечислю?
— Спасибо не надо. Сам помню! — интересный оборот принимал наш разговор, совесть и рассудок почему-то молчали.
— Слушай, а ты не боишься? — вдруг, неожиданно даже для себя спросил я.
Кажется, в её глазах промелькнул интерес…
— Чего я должна бояться? — спросила она.
— Ну, вот так явится ко мне и всё это выкладывать, а вдруг я…
— Что ты вдруг? — перебила она меня.
Она даже подалась вперёд. То, что произошло дальше, виной скорее поддельная водка. Я даже не думал, что способен на это…
— Да так вдруг! — ответил я, тоже подавшись вперёд.
Эти глаза, эти губы, этот тонкий аромат духов и этот проклятый алкоголь в моей крови… Во мне проснулся его величество инстинкт! Совесть с рассудком испуганно забились в дальний уголок сознания. Впрочем, совесть пыталась что-то вякнуть, но рассудок быстро зажал её рот. Весь во власти сильнейшего из инстинктов,
я резко привлекаю её к себе. В её глазах испуг! И от этого они ещё прекрасней… Я валю её на кровать! Она пытается сопротивляться, но во мне 180 росту, да здоровьем не обижен, а главное, мною руководит инстинкт, в генетической памяти которого, прописано как действовать в таких случаях. Сделав своё дело, инстинкт тут же отвалил в дебри сознания, дальнейшее развитие событий его не интересовало. Моя гостья, не глядя на меня, поднялась, как механически поправила смятое платье, села не край кровати и закрыла лицо руками… Вот это да… Да она же плачет… Чего-чего, а такой реакции от адского создания я не ожидал. Всё что угодно, как минимум испепеления на месте, но это. Ещё минуту назад я был в собственных глазах чуть не героем и вот, девальвировался в последнего подонка. Как же её утешить? Я метнулся на кухню, странно, как это я не заметил в холодильнике бутылку минералки? Совсем плох стал. Впрочем, сегодня мой лимит удивления, пожалуй, исчерпан, подумал я, но как впоследствии оказалось, не совсем. Быстренько наполняю стакан, так же быстренько возвращаюсь. Присаживаюсь рядом.
— На, выпей, — промямлил я.
Она оторвала руки от заплаканного лица, взяла стакан, сделала несколько глотков и вернула его мне. И затем, совершенно неожиданно для меня, уткнулась мне в плечо. Всхлипывания стали ещё громче. От этого мне стало совсем дерьмово. Не больно приятно ощущать себя полным уродом, даже если это всего лишь бред. Что делать, что делать? Я поднял, было руку, чтобы погладить её по голове, но, подумав, отказался от этой затеи. Как бурёнку меду рогов получится.
— Ну что, доигрались? — первой опомнилась совесть. — Что делать будем, рассудительный мой? — обратилась с издёвкой она к рассудку.
— Не знаю! — рявкнул он в ответ.
— Зато я знаю! — ответила ему совесть.
— Делай что хочешь! — умыл руки рассудок, он всё ещё чувствовал себя неловко, что спасовал перед инстинктом.
— Вот и договорились! — подытожила совесть, рассудок промолчал, как оказалось зря.
Я вздохнул и заплетающимся от волнения языком проговорил:
— Ну, ты это, прости меня, — ещё раз вздохнул и продолжил. — Я согласен на тебе женится!
— Ты что совсем дура! — заорал на совесть рассудок.
— А что, вы натворили с инстинктом делов и отвалили, а я расхлёбывай! — огрызнулась совесть.
— Ну и расхлебала, женится на чертовке! — не унимался рассудок.
— Ну да, как на кровать завалить, так вам с инстинктом она красивая девушка, а как женится, так чертовка! — в тон ему ответила совесть.
Тем временем, чертовка после моих слов, отстранилась от моего плеча, посмотрела мне в глаза и спросила:
— Ты, серьёзно?
— Вполне! — уже чётким голосом ответил я, отступать мне было некуда.
Я из тех идиотов, что не берут слова обратно. Тем более это всё равно бред. И куда только слёзы подевались? Чертовка на мгновенье задумалась, затем улыбнулась и ответила:
— А я согласна!
— Ап! — только и смог сказать рассудок.
Совесть деликатно промолчала, зараза.
— Вот и хорошо! — ответил я, бодрым голосом.
Хотя рассудок совсем в панику ударился.
— И как ты представишь её своим друзьям? Как по улице с ней пройдешься?
— Зато мы поступили по мужски! — пыталась утешить его совесть.
Тем [5] не менее, моя, во блин, теперь уже невеста, полностью овладела собой. Достала из сумочки косметичку и быстренько навела порядок на лице.
— А я тебе нравлюсь? — спросила она кокетничая.
Я уже окончательно закусил удила и решил, будь что будет.
— Да я без ума от тебя! Такой как ты у меня ещё не было! — ответил я, причём, как заметил рассудок, что я прав в обоих случаях.
— Правда-правда? — тихонько переспросила она, глядя мне прямо в глаза.
— Да, да, — прошептал я, потому что уже безнадёжно тонул в её глазах.
И отбросив все сомнения, послов совесть с рассудком к чёртовой матери, на что тот резонно заметил, что с тёщей мы ещё успеем познакомиться, я целую её в губы…
— Видишь, как здорово всё получается, когда я контролирую инстинкт, — спустя некоторое время довольно заявил рассудок.
— Он контролировал! Это я вас с обоих сейчас контролировала! — повергла его с облаков совесть.
— Заткнитесь! — прекращаю их диспут я.
Мне сейчас хорошо и они всё поняв, умолкают. Я ласкаю её спину. Ей это нравится, моя рука привычно скользит ниже. А вот и её отличие от человека, моя рука коснулась хвоста. Меня разбирает любопытство, и я откидываю одеяло в сторону. Хвост как хвост. Я провёл по нему рукой, кожа такая же гладкая…
— Не надо, я стесняюсь, — она попыталась, было прикрыться вновь одеялом.
— Зря, мне твой хвостик нравится. Это даже эротично, — ответил я.
— Дурачок, — промурлыкала она и принялась щекотать меня кисточкой своего хвоста.
От столь необычной ласки я возбудился вновь…
— Слушай, а ты не прочь перекусить? Я лично да, — спросила она.
— Собственно, почему бы и нет. Вот только в холодильнике у меня… Ладно, что ни будь, придумаю, — ответил я и начал подниматься с кровати.
— Лежи дорогой. Теперь это моя забота, — остановила она меня и, набросив мой халат, упорхнула на кухню.
— Вот тебе первое преимущество семейной жизни, — сказала совесть.
— Посмотрим, посмотрим, — проворчал рассудок.
Пару минут спустя, моя чертовка появилась с кухни с подносом. Оперативно… Я взглянул на поднос. Вот это да, откуда взялись в моём холодильнике такие деликатесы. Впрочем, у меня и подноса такого не было. Я с тоской посмотрел на бутылку вина, как жаль что я уже пил сегодня водку. Я нисколько не сомневался, что оно подобрано под мой вкус.
— Не бойся дорогой, всё в порядке, — опять прочла мои мысли она.
И вправду, я ощущал себя трезвее трезвого. Прочь сомнения, я наполняю бокалы.
— За нас, — предложил тост я.
— За нас, — согласилась она.
Мы чокнулись и выпили. Вино действительно было превосходным.
— В принципе, всё не так уж плохо, — заметил рассудок, он всегда становится благодушным после хорошего вина и закуски.
Совесть поддержала его молчанием. Неожиданно мне в голову пришла одна мысль.
— Слушай, — спросил я, — если есть ты, ответственная за мои неудачи, значит должен быть кто-то, кто отвечает за мои удачи. Ведь так?
— Да, — ответила она, и как заметил я, эта тема ей не нравится.
Но меня уже понесло, если неудач у меня хватало, то в области удач, увы,
список гораздо скромней.
— А нельзя ли побеседовать с ним, или с ней? Я думаю это ангел, или ангелица? — спросил я.
Она взглянула на меня умоляюще, затем, что-то решив для себя ответила:
— А почему бы и нет! Только подожди минуту, — и взяв поднос с посудой она отправилась на кухню.
— Постель убери, — уже в дверях попросила она.
Спустя некоторое время она появилась. На этот раз кроме вина была и дорогая водка. Интересно, для меня или для … Я взглянул ей в лицо, вот это да! Это уже не косметика, это боевой макияж! И явно не для меня… Она быстренько накрыла столик. Придвинула два стула, сама заняла один из них, а мне предложила сидеть на кровати. Я не возражал.
— Слушай, а как позвать, или вызвать? Я ключевых слов не знаю…
— А тебе и незачем. Я сама, — ответила она.
— Скорей всего существо будет женского пола, — авторитетно заявил рассудок.
Он когда хочет, умеет делать правильные мысли.
— Сиди уж, любитель женского пола, — ответила ему совесть.
— Закрой глаза, — сказала мне чертовка и я послушно выполнил её указание.
— Можешь открывать, — это было произнесено явно не голосом моей чертовки.
Хотя голос тоже приятный, очень похожий, я не смог сразу найти аналогию. Ну, как в теле рекламе секса по телефону. Я открыл глаза, а затем и рот. Вот это да… Блондинка и какая! Вьющиеся волосы, ноги, как говорится от зубов. А эти чувственные губы, а эти зовущие глаза… Одежда была не в силах скрыть её сексапильность. В прочем, эти две полоски материи лишь с большой натяжкой можно было назвать материей, особенно ту, что по замыслу должна быть юбкой. Интересно то, что на ней нет бюстгальтера, было понятно, а вот есть ли на ней трусики? По той позе в которой она сидела с моего места было не понять.
— Может в кресло пересесть? — предложил рассудок.
— Я тебя пересяду! — оборвала его совесть.
Я незаметно сглотнул слюну. Милая, ты где была раньшё?!
— По мужикам шлялась! — ответила на мой мысленный вопрос чертовка.
Я с трудом оторвал глаза от новой гостьи и взглянул на свою чертовку. В её глазах мне показалось отчаянье. Теперь понятно, к чему был этот броский макияж. А ведь совершенно зря. Она ни в чём не уступает по красоте. Пожалуй, даже превосходит, причём значительно превосходит. Отчаянье в глазах исчезло, уступив место одобрению и теплоте.
— Ну и что! Чего отказываться от земных радостей! — ничуть не смутившись, ответила ангелица.
— Ты бы лучше обязанности свои выполняла! — продолжала чертовка.
— А зачем? Ты ведь прекрасно справлялась за нас двоих! — парировала ангелица.
Достала из сумочки сигарету и закурила. Я поморщился. Ну не люблю курящих женщин.
— Это как ещё? — вмешался в разговор я.
— А ты что не понял? — выпустив струйку дыма в мою сторону ответила новая гостья. — Открою тебе одну тайну, она безнадёжно влюблена в тебя, — продолжала ангелица, — она так старательно выбирала наименьшие из несчастий, что мои услуги оказались попросту тебе не нужны. Тем более ты сам от них отказался. Я даже подскочил.
— А нельзя ли по подробней?
— Пожалуйста, — ответила ангелица, — к примеру, помнишь, как сорвалась сделка покупки автомобиля?
Было [5] дело, хорошая машина, недорого, но хозяин передумал продавать.
— Так вот, — продолжала она, — если бы ты её купил, то спустя некоторое время был бы жив, но жизни не радовался.
— Ничего себе! — подумал я.
Меня передёрнуло.
— А когда это я от твоих услуг отказывался? — сменил тему я.
Опять струйка дыма в мою сторону. Я опять поморщился.
— Вот именно! — сказала ангелица, — помнишь на одной из вечеринок к тебе подошла девушка. Ты ей понравился. Она была даже готова провести с тобой ночь. А что сделал ты?
Я покраснел. Было дело. Девушка, скорей всего от смущения закурила ну и я…
— Вспомнил! Между прочим, ради тебя она бы бросила курить. Вернее не курит после того случая.
Ангелица затушила сигарету. Интересно, а почему она не читает мои мысли? Не может, или её кто-то из присутствующих не позволяет? В поисках поддержки я взглянул на чертовку. Но по нё несчастному виду я понял, что сам должен поддержать её.
— А почему собственно безнадёжно? — спросил я у ангелицы.
— А что, ты согласишься хотя бы переспать с ней? — насмешливо ответила ангелица, — бережёт себя, неизвестно для чего.
— Ну, если тебе так интересно, то я с ней уже пре…, — начал было я, но продолжил более деликатно, — был близок. И мы решили пожениться!
Рассудок вновь считал, что он в бреду, а посему отдал бразды правления совести. На этот раз подскочила ангелица.
— Вы серьёзно?
— А знаешь, я тебя недооценила, — сказала она, при этом на лице явственно читалась растерянность.
Зато чертовка торжествовала. Правда, ангелица довольно быстро пришла в себя.
— Слушай, — обратилась она ко мне, — если ты выбрал её в жёны, то возьми меня в любовницы. Я честное слово брошу курить.
— Какие ещё любовницы! — вскочила со стула чертовка.
— В любимые! — также вскочила со стула ангелица, — он что, только твой подопечный?
— Что-то не помню что он тебе был нужен! — продолжала наступать Чертовка.
— А это уж мне самой решать! — не уступала ангелица.
Вдруг я ощутил, что кому-то из здесь присутствующих плохо. Мой бедный рассудок и так держался из последних сил, а этот спор между чертовски соблазнительной ангелицей и ангельски красивой чертовкой практически ввёл его в ступор.
— Эй, плесни ему водки! А то чего доброго совсем съедет, — дала мне команду совесть.
И я наполнил до краёв стакан, залпом осушаю его.
Проснулся я в воскресенье около одиннадцати. Один. Самочувствие великолепное. Так, что же вчера было? Совесть и рассудок молчат, как будто сговорились. Ладно, пороемся в памяти. Ни фига себе! Неужели это было взаправду, или пьяный бред? А может меня просто разыграли знакомые девушки? Вряд ли, знакомых бы я узнал.
— А ты улики поищи, — неожиданно предложил рассудок.
Я принялся искать улики. В зале идеальный порядок, никаких следов пьянки. Следую на кухню. Сверкает как операционная… Никаких следов.
— Отсутствие улик, тоже улика, — опять подсказал рассудок.
— Как это? — не поняла совесть.
— Смотри, увидишь, — уклонился от ответа рассудок.
Я принялся более тщательно
осматривать квартиру, начал с кухни. А вот и первая улика! Мне ни в трезвом, ни в пьяном виде не пришло бы в голову разложить отдельно вилки, ложки, ножи. Я обычно всё это валю в одну кучу. Так же подозрительно сверкают тарелки и прочая посуда. Похоже их не только вымыли, но и тщательно протёрли. Я так не делаю.
— Учись, — сказала совесть.
— Заткнись, мешаешь следствию! — прикрикнул на неё рассудок.
Совесть обиженно замолчала. Меж тем, я продолжал расследование . В холодильнике прямая улика ! Готовый завтрак, только разогреть. Блюдо весьма аппетитное и явно далеко за пределами моих кулинарных способностей. Мой рот наполнился слюной, и я с некоторым над собою усилием закрыл дверцу. Это успею, сейчас расследование. Вернулся в зал. Смотри-ка, даже книги по порядку расставлены в шкафу! Я сел на кровать. Скорее по наитию, чем осмысленно взял в руки подушку. От неё шёл едва ощутимый запах до боли знакомых духов. Почему-то защемило сердце. Бросил подушку обратно. Стоп! А что это? Из наволочки выпала женская серёжка. А вот это уже улика из улик! И главное, есть надежда, что за ней придет её хозяйка. Остаётся только ждать. Не бегать же, в самом деле, как принц с серебреной туфелькой в поисках Золушки.
Рабочая неделя пролетела незаметно. Меня буквально съедала тоска, как будто я что-то безвозвратно потерял. Ходил сам не свой. Нет, обязанности я свои исполнял, просто меня не интересовали ни футбол, ни посиделки в баре, я даже перестал обращать внимание на женщин отдела. Все решили, что я расстроен из-за того, что меня обошли с повышением. Но мне на это, как и на само повышение было плевать. В конце недели начальник попросил меня задержаться после работы. Я не слишком удивился, не в первый раз мне особое поручение, кто везёт, на том и возят.
— Как работается? — спросил он, когда я зашёл к нему в кабинет.
— Нормально, с обязанностями справляюсь, — ответил я.
— Ты, наверное, обиделся, что тебя обошли? Можешь не отвечать, я бы тоже обиделся. Тем боле, что работник ты один из лучших.
Он достал две рюмки, бутылку коньяку.
— Дело в том, — продолжил он, — что мой заместитель уходит и лучшей кандидатуры, чем ты, на его место у меня нет. Вот потому я и не назначал на ту должность тебя. Зачем кадровикам лишний труд, — хихикнул он, — так что, в понедельник принимай дела.
Я ошарашено молчал, вот это да! Поперло!
— Что молчишь? Не рад?
— Да что вы! Это так неожиданно, — я всё ещё не знал что ответить.
— Ладно, ладно, — ответил он, и мы подняли рюмки.
Я шёл домой пешком. Люблю иногда пройтись. Мой путь проходил через сквер. И по мере приближения к дому на меня опять стала накатывать знакомая тоска. Может виной тому была осень, которая уже одела деревья в красивый, но, увы, недолговечный наряд. А вот и мой дом. Странно, я что, уходя забыл погасить свет? Какое-то радостное предчувствие овладело мной. Сердце бешено заколотилось.
— Быстрей, быстрей! — умоляла совесть.
И не став дожидаться лифта я почти бегом поднимаюсь по лестнице на свой этаж. Достаю ключи, руки от волнения плохо слушаются.
— Возьми себя в руки, — сказал рассудок.
— Да заткнись ты, — ответила совесть.
Едва переступил порог квартиры я оказался в атмосфере невиданного здесь доселе уюта.
— Ты что так долго сегодня? — раздался со стороны кухни знакомый голос.
— Ура, — завопила совесть. [5]
Буквально влетаю на кухню. У плиты хлопочет моя чертовка. Стой, какая чертовка, девушка. Ни рогов, ни хвоста у неё нет, впрочем, если бы и были, это ничего не меняло.
Я заключаю её в объятья.
— Как я за тобой соскучился….
— Ну вот, неделю не видел всего… — начала, было она, но её я прервал поцелуем.
Мы ужинаем, она рассказывает, как съездила в гости к родителям, они живут в другом городе, о том что нужно сделать к предстоящей свадьбе… Она говорит, а во мне как будто просыпается память: я вспомнил как мы познакомились, как… А вот моё недавнее приключение начало казаться каким-то сном, чем-то совсем вымышленным. Рассудок не сопротивлялся, он был рад логическому объяснению.
На другой день, мы гуляли вдвоём по аллеям сквера. Осень сегодня уже не навевала тоску. Неожиданно я заметил, среди гуляющих знакомое лицо. Где-то эту блондинку я уже видел… А через мгновение, я ощутил как в мой локоть впились ногти.
— Послушай дорогой, — нежно произнесла моя невеста, — с этого момента за твои удачи и неудачи отвечаю только я, понял? — и в её глазах промелькнула, или мне показалось, какая-то чертовщинка.
— Понял, — ответил я.

У меня фигура — ааафигеть. Ноги от коренных зубов — сам кости дробил и сращивал. Аж пять раз. Вначале как-то криво получалось, зато сейчас… Задница… ничего себе, уже триста лет как. Хотя я всем говорю, что мне стукнет 299. Глаза красивые, брови аккуратные, выщипываю изредка.
Ох, смотришь в зеркало и просто умиляешься.
По моим биологическим через полчаса у нас с любовником… гм, романтическое свидание, млин.
Прошел час.
Нет, пожалуй, эти ноги все равно неровные. Надо будет переделать.
Однако, еще полчаса. Полчаса, под откос поезда, без тебя полчаса… Вспомнить бы, в каком измерении я эту песню слышал. Прицепилась, зараза, испепелил бы тот мир!
Идиотское зеркало! Это оно корявое!
… двадцать пять минут.
— Да пропадите вы все пропадом!!! Хреновое зеркало! . . Блииин! — Зеркало разлетелось на мелкие кусочки, один из которых воткнулся в палец, потекла кровь. — Эта тварь даже раз в месяц не может быть пунктуальной. Твааарь! Недоделанное животное без всякой фантазии и мозгов… припирается ко мне и под предлогом… ага, изъятия силы… трахает. Подумаешь — белый маг. В академию его, вообще-то, по-случайности взяли. Я бы ему там полы подметать не доверил. Циничный недоумок! . . К светлым его запихнули только благодаря жестокому недобору. Светлых всегда не хватает, жезл им в задницу.
Н-да, эти две сотни лет подействовали на Анаксиана крайне отупляюще. В академии он находил более логичные поводы, чтобы потрахаться со мной. А теперь, видите ли, я — злодей-человеконенавистник, черный маг Варгиналиус, должен отдавать часть своей силы… Таким чиканутым образом. Подумаешь — один раз попытался убить этого придурка. Ну так, он мешал! Но я не рассчитал свои силы. Кто же знал, что белому уникуму придет в голову сморозить: Жить хочешь? Снимай штаны и загибайся раком… Оказывается, так у меня доступ к черным энтропийным полям перекрывается, то есть магически я становлюсь слабее. Сука, придет еще время: я его сам, до самых верхних слоев достану…
Кстати, а где он? Может, издох… хм?
У меня есть такой чудесный шарик для подглядывания… Анаксиан его и подарил, с усмешкой, мразь. Мол, тебе не поможет и то, что ты меня будешь видеть когда угодно… Любуйся, дескать… Гад! Мания величия и слишком большая самоуверенность когда-нибудь повернут тебя к земле передом, а ко мне задом!
— Ага, вот и ты, голубчик.
Волшебный шар отразил очень даже забавное действо. Мой горе-любовник, наряженный в тряпье странника… (Не, если б он ко мне так приперся, я бы ему не дал. Сдох бы, но не дал!) … во все глаза пялился на голое остроухое убожество в озере. Эльфийская девка, очевидно, ничего не замечала.
Неужели это то, что я думаю?
— Бу-га-га, идиот, нам же нельзя! Ха-ха-ха!!! Дружочек забыл: нам предсказали погибель от женщины! Гы! Одному из нас. Правильно, малыш, не верь предсказаниям! . . Нет, я сейчас умру со смеху!!!
***
Ненавижу людей! Ненавижу эльфов! Ненавижу магов! Ненавижу этого кретина императора Дориана… Ну почему, почему я Белый Маг??? Идиотские распределения, я должен был стать Черным!!!
Если начнется война, мне кирдык. Большой такой кирдык в виде фаллоса этого слабака Варгиналиуса. Дал же создатель имечко: в переводе гоблинов оно означает уходящий во тьму . А у расы ардальонов, которые плохо выговаривают букву р , вообще… ха-ха!!!
Я должен был его сегодня трахнуть
и забрать часть его черной энергии. Иначе снова придется биться, выяснять, кто сильнее… Давно войн не было, зла меньше стало, вот Черным Магам ничего и не улыбается. Эх, был бы я черным… А вместо этого иду убеждать императора Дориана, что война нужна только этим блаженным ублюдкам эльфам. Они хотят стравить две самые мощные империи, а потом вовсе изжить людей. При этом энтропийные слои черной категории замкнут все остальные магические слои, а я черпать энергию могу только в светлых слоях! Ненавижу нашу академию, где меня в Светлые определили. Это я, я должен был стать Черным Магом!!!
Еще и скрываться надо, магией сейчас пользоваться нельзя. Вот подойду к замку Дориана, тогда уж покажу им всем, как драконы размножаются.
Ненавижу скрываться. Так, бах, заклинание прочел, телепорт появился — и ты на месте. Но эльфы узнают, где я, и все остальные тоже, наша академия гребаная, опять же, чтоб их всех минотавр отымел. Никто не должен знать, что я вмешиваюсь…
М-дас, где-то тут должна быть моя стоянка, возле озера. Кажется, здесь.
Оп-па! Стоп!
Что за всплеск воды? Неужели меня вычислили?! А могут ведь помешать. Нет, убить — не убьют, они ж не дураки, знают, с кем дело имеют. Меня невозможно убить, за это влегкую заимеешь геморой в соответствующем месте.
Я тихо пробрался через заросли можжевельника, раздвинул ветки и…
Увидел купающегося человека. Кажется, женщина, правда, сейчас модно иметь длинные волосы и мужчинам. Хотя, не бледно-зеленые же! Нет, точно баба. Даже… Кажется, это эльфка…
Неужели вычислили, гады?! А магией воспользоваться нельзя, пока…
Точно эльфка, зараза! Отрезал бы ей эти гребаные ушки, ненавижу!
Груди небольшие, но именно такие в моем вкусе. И сосочки ничего себе так… Ну, что остановилась, выходи давай. Заняла мое место, не верю в такие случайности.
Однако, не думал, что у эльфок и между ног бледно-зеленые волосы. Никогда не имел дело, то есть просто, никогда не имел эльфок. Хм, чего это я?! Я и баб никогда не имел. Из-за этого идиотического предсказания. Мы, еще студентами, шли по рынку, с Варгиналиусом, и какая-то бабка сказала, что одного из нас ждет погибель от женщины… Вот с тех пор мы никаких дел с бабами не имеем. Сначала было неуютно, а потом, за два с половиной столетия, свыклось как-то, само по себе. Задница у всех одинаковая…
Так, вышла эта на берег, нагнулась к земле и…
Ааа… Мразь, я еле увернулся! Эта сука метнула в меня кинжал, прямо в горло.
Рукой провел по шее — кровь. Вытащил кинжал из близстоящего дерева (а сильно метнула!) и пошел прямо к ней. Дура, она оделась! Да, щаз, изнасиловать тебя решил, идиотка. Даже смешно. Но кровь… Кровь… Я уже и забыл ее на ощупь. В последний раз на меня напал дракон, но опасность в битве мне угрожала еще меньшая, чем сейчас. Валькирия, стерва, набросилась однажды, я молодой был, лет семьдесят, но и то до крови не дошло.
Ни у кого не было больших шансов меня убить, нежели у этой эльфки. Похоже, она не знает, кто я такой. Даже если бы попала в горло (а именно туда и целила!) , не убила бы. А она хотела меня убить, это и без магии чувствуется.
— Негоже кинжалы вот так вот разбрасывать, — умудрился пропеть я своим мягким ласковым голоском.
— Кто вы и что здесь делаете? Зачем за мной подглядывали, — метнула она с ненавистью и злобой.
Молодая наивная дура. А я еще подумал было, что это шпионка, ха-ха.
— Анаксиан, — да, я хотел увидеть, как она среагирует на это имя. Удивился: никак. Назови я любое другое — реакция была бы такой же. — А вас как величают, о таинственная метательница кинжалов?
— Элендиль, — смутилась она. Ну еще бы! — Вы не подглядывали за мной?
— Нет, конечно, — не особо соврал я.
— А меня Элендиль зовут, — еще больше смутилась она.
— Да, я с первого раза запомнил, — улыбнулся я и протянул ей кинжал.
— Я травница, давайте рану промою. Думала, что это разбойник, ну и… Извините.
Извините на член не натянешь и в задницу не засунешь, хотел было сказать я. А что, вполне сексапильная эльфка, почему не трахнуть ее? Член же, по привычке (ну, за два столетия-то!), требует. Варгиналиуса я только через две недели смогу увидеть, если пойдет по моему плану. Да имел я то предсказание и ту маразматическую бабку! Я один из самых сильных магов! Дурак, боялся какого-то предсказания! Пусть загнется и еще раз извинится. Нет, братец мой, погоди. Пусть сначала рану обработает, травница. Травница?
— Элендиль, а что ты тут делаешь?
— Моя наставница Барбарелель послала меня за очень редким растением андрогенариумаквалиус, которое произрастает только в этих местах. Я насобирала мешочек, нашла удобное место для ночлега и…
Интересно, сколько ж ей лет? Опять засмущалась и покраснела.
Я глянул на ее мешочек с этой травой. Да, действительно, такую траву можно найти только в этих местах. Вот и не верь теперь в случайности. Ну, тем лучше.
Я прилег, сильно загнул голову набок, предоставив эльфки обрабатывать рану на шее. Она охотно за это взялась и умело шарила ручонками, что-то произносила, потом мне стало щекотно и я непроизвольно улыбнулся.
— Извините, — заметила она. Ну, ну, милая, я придумаю, куда тебе это извините всунуть.
Эльфка развела костерок и заварила какую-то настойку. Я лежал и размышлял, что делать. В смысле, с ней. Член требовал каких-то действий. Да не верю я во все эти предсказания!
Ого! Она так нагнулась… Аппетитная попка, какая аппетитная попка!!! Варгиналиус бы позавидовал! Эй, эй, эй, братец, погоди… Стой, говорю тебе! В смысле, наоборот, не вставай пока.
Предатель! У меня ж тонкие штаны, будет все видно… Но попка, о Создатель, какая восхитительная у нее попка!
Заметила! Ну еще бы. У меня ж не отросток с гороховый стручок, подлиннее ее кинжала будет. Эльфка подошла и начала стягивать с меня штаны.
Я как окаменел, застыл и не мог шевельнуться. Нет, понятно, что если бы мне что-то угрожало, я бы разнес весь лес в клочья. Мой братец дрожал и горел… Она нежно поцеловала его, облизнула языком и аккуратно впилась в него… Потом ее длинные волосы свисли и закрыли мне всю картину; я не знал, что там происходит. Мои руки сжимали почву, голова эльфки подергивалась вверх-вниз, а я чувствовал… Да, я чувствовал такое удовольствие, которое еще никогда не испытывал!!! Что она там делала — я не знаю. Мне казалось, что я вот-вот кончу, но нет… Что, что же она с ним делала такое, … несколько часов я получал самое большое удовольствие в своей жизни?
Я дергался, вздрагивал, орал, визжал, смеялся, бился головой о сырую землю… Даже совы замолчали… Похоже, весь Лес смотрел на нас и завидовал!
Ну, ну, сейчас, вот, я чувствую… Нет, снова нет… Ааа, дайте мне что-нибудь твердое в зубы… Не могу!!! Ааа!!! Да, да, еще, не останавливайся… Ну, ну… Снова нет…
О
Создатель, и ты триста лет скрывал от меня ТАКОЕ???
Я не могу! Я сдохну! Нет, улечу, взорвусь… Вот, вот, ну, сейчас…
ДА, ДА, ДА!!!
… Эльфка растерла лицо, устало вздохнула и, тоже очень довольная, отошла от меня. Легла и уснула. Я же уснуть никак не мог. Да и скоро утро, надо собираться в путь.
А Лес так и молчал. Видимо, он тоже был в шоке.
Я потихоньку собрался, оставив Элендиль (она заслужила, чтобы я назвал ее хоть раз по имени) , и направился к замку императора Дориана, дабы убедить (иной вариант — заставить) полудурка заключить мир с императором Акклезианом. Сделаю доброе дело. Вот был бы я черным магом, давно бы всех… Но что теперь об этом мечтать? Я даже энергию черных слоев не могу использовать, которую отнимаю у Варгиналиуса, когда трахаю его.
Я медленно прошел часа три, все еще в состоянии блаженства. А шея у меня болела. И вовсе не из-за кинжала. Да, я так судорожно и импульсивно бился головой о землю, … все логично. Но оно того стоило! Я бы за такое отдал намного большее!
— Большее?! Намного большее, дорогой мой?!
Прямо передо мной возник Варгиналиус. Что, задница соскучилась по моему братцу? Вот же идиот, телепортом воспользовался, меня вычислят! Теперь я его добью, точно добью. Пожалел раз, хватит. А трахать я теперь баб буду…
— Не будешь!
Сука, читаешь мои мысли?!
— Да, милый мой голубок, читаю.
— А вот теперь я точно тебя убью. — С отвращением сплюнул ему под ноги. С чего это он такой довольный и в себе уверенный?
— Ну, ну… Сейчас посмотрим, ха-ха… Помнишь свою фразу: Жить хочешь? Снимай штаны и загибайся раком… ? Вот и загибайся, дорогой мой Анаксиан, если жить хочешь!
***
Элендиль бросила мешок с травой в озеро и стала отмывать кинжал от засохшей крови мага. Она была очень довольна собой: сделала все идеально, да еще получила удовольствие. У нее с рождения две природные уникальные необычности: она всегда все делала идеально и единственная в мире могла выкачивать, а точнее высасывать всю магию… Конечно же, она знала, кто такой Анаксиан, куда он направляется и для чего. Убить его действительно было невозможно. Пока он маг… Как обычно, все прошло идеально: белый колдун был озабоченным и ни о чем не догадался. И теперь он как минимум трое суток будет без сил.
— О Великая Элендиль! — Послышался сзади голос лучника Арапорна.
Значит, Анаксиана уже убили! — подумала дочь Правителя Эльфорецка.
— Произошло кое-что… — замолчал тот.
— ЧТО??? — не оборачиваясь, заорала она… аж эхом отдалось по всему озеру.
— Мы следили за магом, — с боязнью в голосе начал рассказывать Арапорн, — а когда уже собрались кончать с ним, в смысле обстрелять из луков, появился еще один маг, элегантный такой, в блестящем черном плаще, по краям которого сверкали бриллианты, с высоким отворотом. Они были знакомы, судя по разговору… Тот черный сильный, у нас бы ничего не получилось… а потом… потом…
— Что потом? — обернулась Элендиль, ничего не понимая.
— Потом, после разговоров, когда наш маг понял, что бессилен, он снял штаны и нагнулся, дальше темный начал трахать его… У нас бы не получилось ничего, мы не рискнули вмешаться… А затем черный открыл портал, и они исчезли… Судя по их лицам, оба были довольны…
Элендиль кинула кинжал в воду и с ухмылкой произнесла:
— Долбанутые маги! Надеюсь, эта идеальная парочка будет счастлива…